Роза императрица фарах отзывы: фото и описание, отзывы, уход

Содержание

Роза чайно-гибридная Императрица Фарах (Imperatrice Farah), Дельбар (Delbard) — «Роза Императрица Фарах невероятно колючая и гордая. Фото и впечатления из личного опыта выращивания. А также немного о цветах, болезнях и зимовке.»

Роза Императрица Фарах была выведена в 1992 году во Франции. На мой взгляд роза полностью оправдывает своё название, которое получила в честь последней жены шаха Ирана Моххамеда Реза Пехлеви вдовствующей императрицы Фарах Пехлеви.

Приобретала розу довольно давно. Увидела её в цвету и загорелась посадить у себя. За это время хорошо её изучила и хочу поделиться впечатлениями.

Куст прямой и рослый, с горделивыми мощными побегами смотрящими строго вверх. Имеет многочисленные острые шипы и до невозможности колюча. Настоящая Императрица.

Бутоны, чаще всего одиночные, но иногда могут появляться по нескольку штук на побеге. Побегов много поэтому куст не обделён цветами и выглядит прекрасно цветущим букетом.

Цветы крупные с плотно уложенными лепестками. Цвет необычен и описать его не так уж просто. Лепестки цветов благородного цвета слоновой кости с чисто алыми (без примеси вишнёвого) краями. Если посадите в тень, от недостатка света цвет поблекнет. У меня эта роза растёт на солнечной стороне и цвет имеет очень яркий.

Когда смотришь на такой великолепный крупный цветок идеальной формы и цвета, то конечно предвкушаешь божественный аромат, который должен исходить от цветка, но не стоит на это надеяться. бесполезно нырять носом в серединку цветка, пытаясь вкусить неземной аромат, его у этой розы нет, вернее аромат есть, но он совсем лёгкий и едва различим. Но за её горделивую красоту и необычный окрас я готова простить ей почти полное отсутствие аромата, тем более, что её соседки пахнут так сильно, что хватит на всех.

Помимо величественной красоты есть у этой розы и другие достоинства. Она долго держит цветок (не менее 10 дней точно), при этом цветку не страшны ни дождь, ни солнце, ни ветер. Посмотрите как меняется цветок в зависимости от периода цветения.

Это пожалуй одна из самых устойчивых к погодным условиям роз. Этим летом много дождей, но это никак не портит красоту цветка.

Растение крепкое, и высокорослое, листья крупные кожистые. Очень высокая устойчивость к чёрной пятнистости и мучнистой росе. А вот тля её любит, но это поправимо.

Зимует хорошо, под лапником с высокой окучкой, но выходит из спячки далеко не самой первой. Зато потом быстро догоняет и даже перегоняет более ранних соседей.

Эта роза всегда собирает около себя много поклонников и почему-то очень часто её выбирают мужчины. По моим наблюдениям именно они чаще всего поют ей дифирамбы прогулявшись по моему саду. Хотя и женщинам она далеко не безразлична.

Вывод:
Очень интересная роза достойная внимания. Рекомендую обратить внимание.
ЯРекомендую!

Ещё немного о моих розах:

Надеюсь, что была вам полезна.
Всем всего наилучшего! Спасибо за внимание! И отдельное спасибо за плюсы
.

Роза Императрица Фарах (Imperatrice Farah): фото, отзывы, описание, характеристики.

Розы от французского предприятия Дельбар в России появились относительно недавно. И сразу же покорили цветоводов своим шармом. Сортовая коллекция Дельбара разделена на несколько запоминающихся серий. Одна из них — Великие Цвета, включает в себя чайно-гибридную разновидность с неповторимой окраской цветка, имя которой Императрица Фарах.

История создания

У названия этой прекрасной розы имеется интересная предыстория. В 1967-ом году, впервые за 2500 лет существования персидской монархии, была коронована женщина — третья жена иранского шаха Резы Пехлеви. Её имя — Фарах Пехлеви, и она одна из самых красивых и харизматичных женщин мира. Именно благодаря ей иранские женщины перестали скрывать свои лица и руки. Она стояла у истоков создания фруктовых садов на севере Ирана. Благодаря этому так и не состоявшемуся проекту (помешала революция), в 1974-ом году Фарах познакомилась с французским розоводом Дельбаром. Спустя несколько лет шахиню, которая находилась в изгнании, неожиданно встретил сын Жоржа Дельбара Анри, который пригласил её посетить питомники и розарии, принадлежащие их семье. Именно там Фарах Пехлеви было предложено назвать своим именем одну из роз, обладавших необычными качествами.

Разновидность выращивалась в питомниках уже несколько лет. В 1986-ом году она была известна под названием Клубничный Парфе (Strawberry Parfait). Но широкому кругу профессионалов и любителей была представлена только в 1992-ом году уже под новым именем — Imperatrice Farah. Регистрационное имя — DELivour. На цветоводческом рынке Императрица Фарах известна и под другими названиями — Empress Farax, Kaiserin Farax.

Награды

За свою недолгую историю царственная роза успела завоевать 8 медалей, включая Золотые награды в Женеве и Риме, Серебряную медаль и Приз Казино в Баден-Бадене. В 1995-ом году ей было присвоено звание «Хрустальная роза» В Орлеане. В 1998, 1999 годах — звание «Королева Шоу» на конкурсах Американского общества розоводов AARS.

Описание

Форма куста строго вертикальная, постепенно расширяющаяся снизу вверх. Растение нередко достигает высоты 150 — 200 см и ширины 80 — 120 см. Побеги мощные, умеренно колючие. Шипы с широким основанием, прямые, растут под лёгким уклоном к низу. Куст Императрицы Фарах густой благодаря хорошему побегообразованию и довольно сильно облиствен, выглядит мощно и прочно. Листья ближе к крупному размеру, глянцевые. Листовая пластинка прямая, сочная, нежная на ощупь, светло-зелёная, по краю может наблюдаться тонкое тёмно-малиновое окаймление, особенно заметное на молодой листве. На каждом побеге образуется по одному бутону, очень редко может появиться кисть из 5 цветков.

Бутон розы безупречный и стройный, как и подобает царственной особе, классической бокаловидной формы. Лепестки белые с бледно-малиновыми краями, сложены очень плотно, поэтому по мере роспуска наружу отгибаются только окрашенные края, закручиваясь назад, они образуют довольно острые кончики. Обратная сторона лепестков серебристая. Цветок Императрицы Фарах махровый, чашевидный, довольно крупный — диаметром 12 — 13 см, состоит из 17 — 25 плотно уложенных лепестков. Даже в полном раскрытии серединка плотно сомкнута, поэтому центр немного приподнят над раскрытыми лепестками. В любой стадии роспуска бутон смотрится невероятно красиво и элегантно, позволяя любоваться плавным переходом от белого к малиновому. Яркость окраски зависит от погоды, времени года, степени затенения. Поэтому края лепестков могут быть насыщенными, пунцово-красными (карминово-красными) или наоборот, светло-малиновыми. Ближе к концу периоду цветения яркие краски бледнеют, и цветок розы становится почти белым.

Период цветения

Императрица Фарах — повторно цветущая разновидность. Период цветения довольно продолжительный — начинается в июне и длится до наступления устойчивых холодов. Но, по отзывам, перерыв между первой и второй волной коротким не назовёшь. По мнению розоводов, вторая волна цветения даже обильнее первой, но у первой заметно крупнее цветки. Распустившийся бутон держит форму в течение 10 дней, но, по наблюдениям, быстрее отцветает в жаркую погоду, в прохладную — держится дольше.

Характеристики

  • Первое цветение Императрицы Фарах можно наблюдать уже на второй год после посадки;
  • аромат нельзя назвать сильным, его можно почувствовать на небольшом расстоянии от цветущего куста, причём в первую половину дня запах сильнее, а к вечеру его интенсивность ослабевает. Запах скорее фруктовый, сочетающий тонкие ароматы розы и груши;
  • хотя разновидность и относится к теплолюбивым, но вполне способна выдержать понижение зимних температур до -23,3°С, что соответствует 6 зоне, по данным Министерства сельского хозяйства США (USDA). Наиболее комфортно в зимний период Imperatrice Farah будет чувствовать себя на Кавказе, в Крыму, Краснодарском крае. В более прохладных регионах придётся утеплять кусты;
  • иммунитет сорта очень высокий, особенно устойчиво растение к мучнистой росе и чёрной пятнистости. Но может пострадать от ржавчины;
  • из насекомых самое большое беспокойство причиняет тля;
  • устойчивость Императрицы Фарах к влаге очень высокая, цветки не размокают и не портятся, не загнивают даже при затяжных дождях. Хотя встречаются и противоположные отзывы на этот счёт. Розоводы отмечают, что если дождь идёт больше 2-х дней, то цветки набирают воду, становятся тяжёлыми и побег склоняется под их тяжестью. Молодые бутоны розы могут сломаться, если попытаться отряхнуть с них влагу;

  • при длительной непогоде на внешних лепестках может проявиться незначительная пятнистость, из-за чего цветки утрачивают букетную привлекательность;
  • сорт отлично показал себя в срезке — ножка длинная, прочная, цветок не теряет своей привлекательности неделю, и даже немного дольше.

Посадка и агротехника

Как и положено царственной особе, Императрица Фарах — довольно капризное растение. Предпочитает осеннюю посадку. Место на клумбе должно быть хорошо освещённым, защищённым от сильного ветра, но в то же время слегка продуваемым. Из почв подходят рыхлые и питательные суглинки. В тяжёлых и холодных глинистых грунтах роза болеет и не показывает своей декоративности. Если участок часто подтапливается, то на дно посадочной ямы следует уложить толстый слой дренажа — битый кирпич или крупный керамзит. Полив должен быть не частым, но обильным. Обязательна обработка от болезней и вредителей. Отцветшие цветки не рекомендуется оставлять на кусте, это тормозит развитие новых бутонов. Прореживающая обрезка нужна обязательно, она снижает риск развития грибковых болезней. Весной удаляют старые, поломанные и вымерзшие ветви. В тёплом климате обрезку можно проводить покороче, в более прохладном — примерно на 1/3. Если зима бесснежная и очень холодная, обязательно утепляйте растение — приствольный круг мульчируйте сухой землёй, куст накрывайте еловыми ветками или любым нетканым материалом.

Императрица Фарах — это настоящее украшение любого цветника. Но выбирать соседей для царственной особы нужно очень тщательно, чтобы они служили фоном, на котором необычная окраска сорта заиграет как хорошо огранённый бриллиант. Из недостатков — колючие побеги. Прежде чем приобретать разновидность, стоит убедиться, подходит ли климат вашего региона для розы и сможете ли вы обеспечить красавицу достойным уходом.

Чайно-гибридная роза Императрица Фарах: описание

Любой коллекционер мечтает иметь у себя на клумбе красивейшую розу Императрица Фарах, которую назвали именем иранской императрицы. Сорт был выведен во Франции в  начале 90-х годов прошлого столетия и завораживает своей красотой, восхитительным ароматом и неповторимым цветом. Роза императрицы имеет крупные махровые цветки, которые достигают в диаметре до 15 см и наделены благородной формой.

Белые лепестки закручены наружу, а острые концы окрашены в ярко-красный цвет. Листья наделены нежно-зеленым оттенком. Кроме аромата розы, прослеживаются нотки груши. Цветение у цветка длительное и обильное. Бокаловидные бутоны вначале имеют малиновый цвет, но распускаясь, становятся белыми.

В свое время императрица Фарах, была президентом Фонда, который уделял внимание проблемным детям. Помимо прочего, эта женщина активно принимала участие в насаждении сада, расположенном в Северном Иране и занимающем площадь в 6000 га.

Сама Фарах Диба азербайджанка. Обучаясь на архитектурном отделении во Франции, она познакомилась с шахи Реза Пахвели. В будущем он стал ее мужем. Красота, свободолюбивый характер, ум и целеустремленность девушки покорили сердце Пахвели. После недолгих свиданий, в 1959 году пара заключила официальный брак. В персидской монархии Фарах стала первой женщиной, которую короновали. Но стало это не сразу после бракосочетания, а в 1967 году, когда у супругов были уже дети – дочь и сын.

Роза Фарах начала свою историю в 1973 году. В то время лучший французский селекционер Жорж Дельбар запретил выставлять цветок на конкурсе. Но служащий из фирмы Delbard, Вильям Лаварки, неосмотрительно это сделал. В итоге, розе Vivre дали приз. Данное мероприятие возглавлял президент фонда по проблемам детей, шахиня Фарах Пехлеви.

Находясь во Франции в 1974 году, Фарах встретилась с Жоржем Дельбаром. Во дворец он принес целую корзину роз. Селекционера привели в восторг уникальная красота шахини и тембр ее голоса. Фарах, занимаясь развитием в Иране плодовых садов, попросила садовода о помощи. Был заключен контракт, который предполагал высадку садов на северо-востоке страны, площадью в 6 тысяч га. В 1975 году Жорж и иранское правительство подписали договор. В течение 7 лет были насажены 3 млн молодых деревьев. Только с началом революции контракт закончился.

Однако это еще не конец истории. Сын селекционера Анри Дельбар однажды зашел в парижскую цветочную лавку и увидел императрицу, которая поразила его необычным голосом. Он представился женщине и предложил поехать ей к своему отцу в Миликорн. Шахиня приняла предложение. Во время визита, ее именем был назван сорт роз, наделенный редкими достоинствами. Тогда, садоводы распространили слухи, что компания Delbard выпустила серию под названием «Роза шаха». Однако никто не знал ее настоящее название. Цветы из этой серии были наделены неповторимым ароматом и крупными размерами. Названия сортов не известны были никому, но ассоциировались с Imperatrice Farah. После этого были пробы садоводов возобновить серию из сортов, имеющихся в наличии. На сегодняшний день данный сорт – не редкость, однако садоводы пытаются пока подобрать еще несколько сортов. В 1995 году на конкурсе в Орлеане, награду «Хрустальная роза» отдали розе Императрица Фарах».

Характеристика и особенности сорта

Основным отличием цветка, есть его необычный цвет – переход от ярко-красного до белого оттенка. Крупные бутоны по форме напоминают бокал. Распустившиеся цветы становятся махровыми. Элегантный необычный вид  придают кончики лепестков, которые окрашены в пурпурно-красный цвет и загнуты наружу.

Раскрываясь постепенно, бутоны немного отгибают карминные лепестки, но сами остаются плотными. Благодаря наличию высокого центра, пурпурно-красными штрихами украшен даже нераскрывшийся бутон. Из-за недостатка поступления солнечных лучей, данный штрихи имеют ярко-розовый цвет. Более часто розы наделены одиночными бутонами, но благодаря многим побегам, которые имеет роза Императрица Фарах, куст имеет пышный и цветущий вид.

Сильного контраста между листьями и цветами не выявляется. Все потому, что блестящие листья обладают светло-зеленым цветом. У данного сорта сильнорослые кусты, которые наделены конкретными декоративными качествами. Их высота составляет более одного метра. Роза имеет тонкий и почти незаметный аромат.

Как ухаживать за розой Императрица Фарах?

Данный сорт цветка считается уникальным растением и непритязателен в уходе. Роза устойчива к заболеваниям и является зимостойкой.  Поливают розу обильно, следя за тем, чтобы не пересыхали верхние шары грунта. Каждую неделю растения следует удобрять комплексными минеральными препаратами, плюс, питательными смесями.

Данный сорт хорошо подходит для озеленения участков, а так же для срезки. Благодаря длительному и неоднократному цветению, роза зацветает в конце июня и прекращает цвести с приходом заморозков. Если Императрицу Фарах высадить на солнечной стороне, ее цвет будет насыщеннее с сильно выраженными переливами.

Как пересаживать и размножать?

Делая пересадку, куст осторожно извлекают из грунта и промывают корни простой водой. Затем разделяют растение, рассаживая отдельно каждый куст. Почвенную смесь готовят предварительно. В летнее время для размножения розы, укореняют черенки, обеспечивают почву высокой влажностью и вносят симулятор роста.

Отзывы садоводов

Тот, кто занимается выращиванием цветов, отмечают особенность розы Императрица Фарах. При всей своей красоте данный сорт розы наделен слабым ароматом, который едва можно различить. Однако несравненная ее красота скрывает этот недостаток. Так же роза имеет еще одно преимущество – цветки розы могут стоять до 10 дней. Растение не боится ни дождя, ни ветра, ни солнца. Ей не страшны такие заболевания, как мучнистая роса и черная пятнистость. Роза Императрица Фарах позднее своих собратьев просыпается, но затем быстро догоняет их в росте.

фото и описание сорта, отзывы

Выведенный в начале 90-х селекционной компанией Delbard, роза «Императрица Фарах» поражает великолепием цветов. Свое царственное имя, она получила не зря. Сочетая потрясающую красоту с неприхотливостью к уходу, эта роза даже спустя четверть века остается одним из самых интересных чайно-гибридных сортов, достойных повсеместного выращивания. Для тех кто заинтересовался, в статье представлено описание достоинств и особенностей этого цветка.

Описание сорта

Фарах Пехлеви – коронованная особа, супруга иранского шаха Мохаммеда Реза Пахлеви. Называть именем Фарах эту розу стали после того, как она была преподнесена шахине в качестве подарка во время ее визита к селекционеру Жоржу Дюльбару.

Согласно описанию, сорт формирует пышный, прямостоячий куст, 1,2 м высотой, увенчанный крупными двухцветными бутонами. Нестандартный окрас – характерный сортовой признак. Цветок розы образован из белых лепестков с отогнутым краем, окрашенным в пунцовый цвет. Этот контраст позволяет розе выглядеть великолепно на любой стадии распускания.

Среди других сортовых особенностей розы выделяются:

  • листья – светло-зеленые, кожистые с полуглянцевым блеском, со временем становятся темными;
  • шипы – светлые, с широким основанием;
  • бутоны классической бокалоподобной формы, сначала малиновые, затем по мере распускания, приобретающие белый окрас — пигментированными у лепестков остаются только загнутые края;
  • цветы – густомахровые, плотно набитые, с высокими лепестками. Раскрывшись, цветок достигает 13 см в диаметре.

Внимание! Роза обладает тонким сладким ароматом, в котором чувствуются грушевые ноты.

Сортовые преимущества и агротехнические требования

Роза «Императрица Фарах» — один из самых красивых чайно-гибридных сортов, в этом легко убедиться, лишь взглянув на ее фото. Согласно отзывам садоводов, сортовое растение характеризует:

  • двухволновое цветение – с июня и до октября. Солнце обеспечивает розовым кустам пышное цветение и насыщенный окрас с выраженным цветовым переливом. По этой причине растение рекомендуется высаживать на открытых, ярко освещаемых участках. Будучи высаженным в тени или полутени, оно цветет скудно, пигментирование бутонов становится невыразительным;
  • неприхотливость – куст растет практически на любых почвах, но лучше всего на слабо-кислых, дренированных суглинках. Основной уход заключается в соблюдении поливочного режима и регулярном внесении подкормок;
  • толерантность к поражению мучнистой росой и черной пятнистостью;
  • морозоустойчивость. Готовя розовые кусты к зиме, рекомендуется обрезать их стебли до половины, высоко окучить – до 40 см в высоту. Весной кусты пробуждаются позже других сортов.

Совет! Защитное окучивание роз проводится в 2 этапа — в середине октября и после установления морозов (t° ниже -10° C).

Благодаря превосходным декоративным показателям, роза «Императрица Фарах» массово выращивается в садах и розариумах. Ее кусты высаживают на клумбах группами или как солитер, создавая красивый ландшафтный или пейзажный дизайн. В качестве фона рекомендуется выбирать розовые сорта с белыми, плоскими цветами.

Наличие длинных крепких стеблей и крупных одиночных бутонов, сохраняющих после срезки свежесть на протяжении 10 дней, способствуют тому, что данную розу активно используют как срезочную культуру, высаживая для этого плантации. Кстати, у нас есть большая обзорная статья, в которой мы делимся секретами, как выращивать розы.

Rose Imperatrice Farah: видео

Роза Императрица Фарах / Imperatrice Farah — описание сорта — Энциклопедия

Роза изменчива, но всегда остается собой, как и положено Императрице

Цветы розы Императрица Фарах — это необычное сочетание ярких красок, изысканности, элегантности и изменчивости. Отличительная черта сорта — ярко розовые или малиновые края лепестков, изящно отогнутые наружу. Но основной их цвет может быть как почти чисто белым, так и нежно-розовым, оттенка яркого румянца или же почти телесным. Если присмотреться еще внимательнее, то в самой середине бутона можно увидеть теплые желтоватые или абрикосовые оттенки. Роза очень чутко реагирует на изменение освещенности — белеет под прямыми солнечными лучами, сохраняя яркие тона лишь на кончиках лепестков. Другая особенность — появление обильного красного румянца и значительное расширение цветового диапазона окраски у бутонов, распускающихся в прохладную погоду. Для этой записи энциклопедии роз FlowerKat мы отобрали наши лучшие фото розы Императрица Фарах, подготовили описание особенностей сорта и ухода за ним. Ваши отзывы и комментарии можно оставить в конце страницы. 

Особенности розы Императрица Фарах

Этот сорт достоин имени Императрицы — немного других роз столь же полно сочетают в себе изящность и элегантность с яркой привлекательно окраской. В стадии поллуроспуска бутоны выглядят просто великолепно: сильно подвернутые наружу розовые, малиновые или карминно-красные края лепестков контрастируют с розоватыми или белыми тонами.  Внешние лепестки постепенно отгибаются ниже, и цветок зрительно становится выше, но в диаметре редко превышает 10 см. Эта чайно-гибридная роза способна цвести в несколько волн в течение всего сезона в теплом климате, но в условиях, близких к Подмосковью формирует одну полноценную волну в июле, а второй раз зацветает к сентябрю, но формирует заметно меньше бутонов. 

Изящные аристократичные черты восхитительны, но при этом роза не утратила индивидуальности, сохраняя уникальные черты в любую погоду

​Роза Императрица Фарах может быть очень разной (ниже есть фото на разных этапах цветения). И хотя на ней не так уж и много цветов, особенная индивидуальность каждого из них привлекает внимание к этому сорту. Роза крайне редко формирует соцветия до 5-ти бутонов, намного чаше — один, максимум два. Хорошо растет и на солнце и в полутени, но под прямыми лучами окраска цветов гораздо быстрее сменяется на белый. В различных энциклопедиях пишут о пригодности сорта к срезке, но несмотря на способность долгое время простоять в вазе, побеги розы не идеально прямые и достаточно колючи.

​Хотите купить розу Императрица Фарах? Посмотрите в магазинах FlowerKat!
Возможно, кто-то из участников продает* этот сорт

*и вы тоже можете!

Этот и похожие сорта в предложениях питомников и интернет-магазинов садовых растений на Яндекс.Маркет

Нажмите кнопку Посмотреть — сайт магазина откроется в новой вкладке

​Императрица Фарах (Пехлеви) — последняя императрица Ирана, жена шаха Моххамеда Пехлеви, свергнутого в результате исламской революции в 1979-м году. Фарах является первой официально коронованной Императрицей Ирана со времен арабского вторжения в 7-ом веке, до нее этой чести были удостоены лишь две женщины — примерно в 630-м году н.э. По происхождению — азербайджанка, ее дед по материнской линии был послом Ирана в царской России. При дворе шаха Императрица Фарах все свое свободное время посвящала искусству, также, особое внимание уделяла положению женщин в стране. Свободно владеет несколькими языками. В настоящее время проживает в США. 

Благодаря своей гуманитарной деятельности, Фарах была известна далеко за пределами Тегерана. Неудивительно, что французский селекционер Delbard (Дельбард) посвятил этой женщине одну из своих лучших роз. Сорт получен в 1986-ом, но официально представлен только в 1992 году как Impératrice Farah. известен и под другими именами —  DELivour (регистрационное), Empress Farah, Kaiserin Farah, Strawberry Parfait (Клубничное Парфе). Последнее название распространено исключительно в Канаде, и все благодаря компании White Rose, которая продает множество роз Дельбарда под отличными от оригинала именами. Что ж, такими «решениями» славятся и многие отечественные питомники и продавцы роз. 

Энциклопедия роз

Фотографии розы Императрица Фарах

Далее — фотографии розы Императрица Фарах из нашей коллекции. На них все стадии цветения и большинство из возможных вариантов окраски цветка. Улучшить эту запись энциклопедии просто: добавьте в комментариях свои фото, напишите отзыв о сорте в личном блоге или опубликуйте фото своего сада в фотоальбоме на FlowerKat.

Необычное сочетание яркости и южной пламенности и аристократизма. Роза Императрица Фарах заслужила это имя

Сочетание красок на лепестках розы Императрица Фарах трудно описать парой слов. Красные оттенки на краях лепестков сменяются розовыми и телесными а серединка подсвечена мягкими желтыми и оранжевыми тонами

Румянец розы Императрица Фарах постепенно выгорает на солнце, при этом в самой серединке начинают проступать нежные желтые тона

Куст 

У этого сорта прямостоячая форма куста, средняя высота в Средней полосе России — 1,2-1,3 метра, южнее может вырастать до 1,8-2 метров. Нуждается в обрезке для омоложения, поскольку интенсивность цветения на двухлетних и более старых побегах значительно снижается. Сорт устойчив к мучнистой росе и ржавчине, но черная пятнистость может поражать листву уже к началу осени даже при проведении профилактики заболевания. Другая особенность — не слишком быстрое появление новых побегов в первые два года после посадки. Устойчивость к холодам средняя, без осенней подрезки часть ветвей обмерзает примерно до половины даже под укрытием. 

Эта чайно-гибридная роза закладывает достаточное количество новых побегов чтобы обильно цвести каждый год, но новые скелетные ветви появляются относительно редко

Устойчивость к болезням

  • Устойчива к мучнистой росе
  • Средння устойчивость к черной пятнистости
  • Устойчива к ржавчине

 Устойчивость к климатическим условиям

  • Цветы  выгорают на солнце
  • Цветы не повреждаются дождем
  • Переносит весенние заморозки с минимальными повреждениями

Особенности ухода за розой Императрица Фарах

Главная особенность ухода за розой Императрица Фарах — правильная омолаживающая обрезка, начиная с третьего года после посадки. Здесь важно не перестараться и оставить на кусте сильные ветви, которые выпустят цветущие побеги. Также важно правильно уложить розу на зиму: здесь не обойтись без укрытия (у автора — двойной спанбонд по дугам), нужна и предварительная обрезка в зиму — на уровне 50-60 см от уровня земли. Чайно-гибридные розы неплохо отрастают после такой обрезки, поэтому переживать о сохранении максимально возможного количества почек не стоит. В целом — это очень яркий и необычный сорт, который полностью раскроет свой потенциал на 3-4 год после посадки. 

И если чего-то этому сорту не хватает — так это только обильности цветения в первые несколько лет после посадки. Роза Императрица Фарах редко радует соцветиями до 3-4 бутонов, чаще оно состоит из единственного цветка

У Вас есть такая роза? Поделитесь с читателями своим опытом! Оставьте отзыв, комментарий, опубликуйте фотографии своего сада!

Характеристики для каталога роз
  • Селекционер

    Delbard

  • Цвет
    • Малиновые
    • Насыщенно-розовые
    • Нежно-розовые
    • Белые
  • Количество цветков на ветке

    1-3

  • Размер цветка
  • Махровость

    Сильно-махровая

  • Аромат
  • Высота куста

    1,5 — 1,8 м

  • Ширина куста

    0,5 — 0,7 м

  • Форма куста

    Прямостоячий

  • Обрезка

    Для омоложения

  • Устойчивость к жаре

    Переносит прямое солнце

  • Устойчивость к дождю

    Хорошая

  • Цветение
    • Повторное (две и более волны)
  • Зона USDA

    4

  • Устойчивость к мучнистой росе

    Высокая

  • Устойчивость к черной пятнистости

    Средняя

Роза чайно-гибридная Императрица Фарах (Imperatrice Farah)

Роза чайно-гибридная Императрица Фарах (Imperatrice Farah) — изысканная и неповторимая французская роза Императрица Фарах (Imperatrice Farah) была выведена ровно двадцать лет назад, но за эти годы флорибунда с этим дивным названием не потеряла своей актуальности. Благородный цветок предпочитает солнце — тепло способствует проявлению двухцветного окраса. Цветение этой розы потрясающее — элегантные бутоны раскрываются полностью, и необычная окраска лепестков начинает играть на полную мощь. Плюс этого сорта в том, что на одном стебле вырастает одна роза, что идеально для срезки. Сильная устойчивость к мучнистой росе и черной пятнистости. Хорошая устойчивость к дождю. Повторноцветущая. Высота растения до 125 см, диаметр цветка — 13 см. Производство Россия.

Посадка розы: Обращайте внимание на то, насколько розы раскидистые и как быстро они растут. Если речь идет о небольших кустарниках, то их имеет смысл сажать в группе на расстоянии полуметра. Для более крупных кустов понадобится и более большое расстояние – как минимум, два метра. Здесь следует так же помнить, что такие кусты шрабов со временем одревесневают и оголяют свой ствол, от чего ухудшается качество цветов и всего куста в целом. Поэтому на первом плане имеет смысл посадить низкорослые кусты, либо другие садовые цветы небольшой высоты.

Уход за розой: По уходу нужно соблюдать следующие несложные правила. На время морозного сезона куст нужно легко укрыть, особенно в первые годы, когда растение только адаптируется. Производится «окутывание» землей на значительную высоту. Длинный побег пригибают, пришпиливают. Под стебли укладывают еловые ветки, чтобы роза не соприкасалась с водой. Накрывают специальным материалом и посыпают почвой для фиксации.

Почва для посадки: На развитие и рост кустов роз огромное влияние имеет тепловой режим воздуха и грунта. Цветам для нормального роста нужна температура от +15 °С, чистый воздух без ветра, из-за которого цветы просто заболеют.

Подготовка к зиме: В климате, где температура редко опускается ниже -15…20°C, зимняя защита розе чайно-гибридной Императрица Фарах (Imperatrice Farah) не требуется. Точнее, защита не является обязательной, но рекомендуемой на сильно ветреных участках.Если в вашем регионе отрицательные температуры до -30°C и ниже, и держатся долгое время, необходимо обеспечить укрытие роз на зиму. Так называемое окучивание или насыпка холмиком сухой почвы вокруг корневой шейки розы, является первым шагом к зимней защите.

Место для посадки: Выбирая место под посадку розы чайно-гибридной Императрица Фарах (Imperatrice Farah), отдайте предпочтение солнечным, хорошо освещенным участкам. Если сорт полуплетистый или сильно объемный имеет смысл заранее подумать об опоре для него. Обращайте внимание на характер и скорость роста роз, раскидистость. Так для небольших английских сортов будет актуальна групповая посадка с расстоянием около 0,5 м между отдельными растениями, а крупные полуплетистые экземпляры требуют гораздо больше пространства — минимум 2 м.

Размножение розы: Гибкую и тонкую верхнюю часть побега отрезаем и не используем. Оставшийся участок побега, сечением приблизительно в полсантиметра, нарезаем на черенки — один и более, в зависимости от длины побега.

Чайно-гибридная роза Императрица Фарах: описание сорта, отзывы

Красота розы Императрицы Фарах из семейства чайно-гибридных, названной в честь иранской императрицы, способна лишить покоя любого коллекционера. Этот сорт, выведенный во Франции в 1992 году, восхищает своей красотой, оригинальным цветом и неповторимым ароматом.

Роза Императрицы

Сорт Императрица Фарах (Imperatrice Farah) отличается крупными махровыми цветками (до 15 см в диаметре), которые имеют благородную форму.Лепестки белые, определенным образом закручены наружу, их острые концы ярко-красного цвета, листья розы — бледно-зеленого цвета. В аромате уникально сочетаются ноты розы и груши. Цветет долго и обильно. Кубковидные малиновые бутоны при растворении меняют цвет на белый.

Императрица, по имени которой и был назван этот сорт, была президентом Фонда помощи нуждающимся детям. К тому же сад в Северном Иране площадью 6000 га не создавался без участия этой женщины.

Цветочная история

Фарах Диба была азербайджанкой по происхождению. Во время учебы во Франции на архитектурном факультете она познакомилась со своим будущим мужем, Шахом Резой Пахвели, в доме его старшей дочери от первой жены. Необычайная красота, ум, целеустремленность и свободолюбивый нрав девушки не оставили его равнодушным.

Короткие встречи закончились браком в 1959 году. Фарах — первая коронованная женщина в истории персидской монархии.Это событие произошло в 1967 году, когда у пары уже было двое детей — семилетний сын и четырехлетняя дочь.

История розы Farah началась в 1973 году. Вопреки запретам Жоржа Дельбара, одного из лучших селекционеров Франции, цветок неосторожно выставил на конкурс Уильям Лаварки, сотрудник Delbard. Роза Вивр получила приз.

Церемонию на конкурсе возглавила президент детского фонда Фарах Пехлеви.

В 1974 году Шахин Фара находился с визитом во Франции. Женщина хотела встретиться с Жоржем Дельбаром, который пришел на прием в Большой Трианонский дворец с корзиной роз. Публика продлилась дольше запланированного, заводчик был очарован тембром голоса и неповторимой красотой фараха. Шахин Фарах, который занимался выращиванием фруктовых садов в Иране, попросил садовника помочь в этом вопросе. Результатом этой встречи стал контракт о создании садов на 6 тыс. Га на северо-востоке страны, который Жорж Дельбар подписал с правительством Ирана в 1975 году.За семь лет на этих территориях было посажено 3 миллиона саженцев, контракт закончился с началом революции.

Неожиданное продолжение

У истории было потрясающее продолжение. Анри Дельбар (сын заводчика), случайно оказавшись в магазине парижского флориста, встретил там Шахин Фарах. Женщина привлекла его внимание своим необычным голосом. Анри представился женщине. Узнав, кто она такая, она предложила ей навестить отца в Миликорне.

Императрица не отказалась от посещения, во время которого было предложено назвать ее именем одну из разновидностей роз, обладающих редкими достоинствами.

В те дни среди садоводов-любителей ходил слух, что Дельбард выпустил серию под названием «Розы шаха», хотя истинного названия никто не знал. Входящие в него цветы отличались крупными размерами и неповторимым ароматом. Названия сортов никто не знал, но серия была связана с именем Императрис Фарах.Садоводы предпринимали множество попыток сделать эту серию доступными сортами.

В настоящее время этот сорт Императрица Фарах не редкость, но многие садоводы все еще пытаются подобрать к нему еще пять сортов.

В 1992 году этот вид завоевал множество наград и призов на крупных соревнованиях. В 1995 году титул «Хрустальная роза» на конкурсе в Орлеане роза получила императрица Фарах.

Описание сорта

Отличительной особенностью цветка является нестандартная окраска с переходом от белого к ярко-красному.Бутоны крупные, по форме напоминают стакан. Плавно раскрываясь, бутоны превращаются в махровые цветки. Кончики лепестков пурпурно-красного цвета придают цветку нарядный вид. Бутоны, постепенно раскрывающиеся, остаются такими же плотными, лишь с небольшим количеством лепестков кармина. У цветка высокий центр, поэтому даже нераспустившийся бутон украшают ярусами пурпурно-красных штрихов. Отсутствие солнечного цвета приводит к окрашиванию этих штрихов в ярко-розовые оттенки.

Самые распространенные розы с одиночными бутонами.Но поскольку у сорта Императрица Фарах много побегов, куст выглядит пышным и цветущим.

Контраст между цветами и листьями растения почти незаметен, так как большие и блестящие листья имеют очень светло-зеленый цвет.

Кусты сорта прямостоячие, сильнорослые, обладают высокими декоративными качествами. Высота может достигать 1 м 20 см.

У розы очень тонкий, тонкий аромат.

Уход

Роза Императрица Фарах совершенно неприхотлива в уходе, несмотря на то, что это уникальное растение.Зимостойкий и устойчивый к болезням. Декоративность розы сохраняется как в виде бутона, так и в полностью распустившемся цветке.

Поливать розу следует обильно, следить за тем, чтобы верхние комки почвы не пересыхали. Удобряйте каждую неделю комплексными минеральными удобрениями с питательными веществами.

Этот сорт роз используется для озеленения участков, пригодных для срезки. Цветение продолжительное и повторное, начинается в конце июня и заканчивается с наступлением заморозков.Императрица Фара, посаженная на солнечном участке, приобретает более насыщенную окраску с ярко выраженными двухцветными переливами.

Пересадка и размножение

При пересадке растение извлекают из почвы, корни промывают простой водой. Растение делят и высаживают каждый куст отдельно. Для начала нужно приготовить почвенную смесь.

Для размножения летом укореняющиеся черенки, добавленные в имитатор роста почвы, обеспечивают достаточно высокую влажность.

Отзывы садоводов

Любители выращивания цветов восхищались необычным видом этого сорта роз.Но все отмечают одну особенность, которая есть у императрицы Фарах. Отзывы садоводов свидетельствуют о том, что ей не хватает ожидаемого аромата. Запах розы легкий и тонкий. Но ее гордая красота и необычный цвет делают отсутствие аромата не столь значительным.

Кроме того, отмечается, что цветок розы сохраняется долго (около десяти дней). Чайно-гибридная роза Императрица Фарах не боится дождя, солнца и ветра. Погодные условия ей совершенно не вредят. Также можно не беспокоиться о болезнях, черная пятнистость и мучнистая роса этого сорта не страшны.Беда доставляет только тля, но с этим бороться несложно.

Растение переносит зимовку. Выходит из спячки позже других сортов, но быстро догоняет и даже может обогнать своих соседей по росту.

Яркие благородные цветы вызывают восхищение многих садоводов. В садах, где растут разные сорта роз, императрица Фара будет выделяться своей необычной внешностью, привлекая настоящих ценителей.

описание сорта, отзывы

Красота розы Императрица Фарах из семейства чайных гибридов, названная в честь иранской императрицы, способна лишить покоя любого коллекционера.Этот бренд, выведенный во Франции в 1992 году, восхищает своей красотой, оригинальным цветом и неповторимым ароматом.

Роза Императрицы

Сорт Императрис Фарах отличается крупными махровыми цветками (до 15 см в диаметре) благородной формы. Лепестки белые, определенным образом загнуты наружу, их острые концы имеют ярко-красный цвет, листья розы нежно-зеленые. В аромате сочетаются нотки розы и груши. Цветет долго и обильно.Бутоны бокаловидно-малинового цвета при растворении меняют цвет на белый.

Императрица, именем которой было названо это имя, была президентом Фонда, занимающегося проблемами детей. Кроме того, не без участия этой женщины был создан сад в Северном Иране площадью 6000 га.

История цветов

Фарах Диб была азербайджанкой по происхождению. Во время учебы во Франции на архитектурном факультете она познакомилась со своим будущим мужем — Шахом Резой Пахвели в доме его старшей дочери от первой жены.Необычайная красота, ум, целеустремленность и свободолюбивый нрав девушки не оставили его равнодушным.

Короткие визиты закончились официальным браком в 1959 году. Фарах — первая коронованная женщина в истории персидской монархии. Произошло это событие в 1967 году, к тому времени у пары уже было двое детей — семилетний сын и четырехлетняя дочь.

История Rose Farah началась в 1973 году. Вопреки запретам Жоржа Дельбара, одного из лучших селекционеров Франции, цветок неосторожно выставил на конкурсе Уильям Лаварка, сотрудник Delbard.Роза Вивр выиграла приз.

Церемонию на конкурсе возглавила президент фонда, занимающегося проблемами детей, шахина Фарах Пехлеви.

В 1974 году Шахина Фара находилась с визитом во Франции. Женщина пожелала встретиться с Жоржем Дельбаром, который появился на приеме в Большом Трианонском дворце с целой корзиной роз. Публика продлилась дольше запланированного времени, заводчик был очарован тембром голоса и неповторимой красотой Фарах.Шахинья Фарах, которая занималась обустройством фруктовых садов Ирана, попросила садовника помочь в этом вопросе. Результатом этой встречи стал контракт на создание садов на 6 тыс. Га на северо-востоке страны, который Жорж Дельбар подписал с правительством Ирана в 1975 году. За семь лет на этих территориях было посажено 3 миллиона саженцев, договор закончился с началом революции.

Неожиданное продолжение

У истории было фантастическое продолжение.Анри Дельбар (сын заводчика) оказался в магазине парижского флориста, там познакомился с Шахиной Фарах. Женщина привлекла его внимание своим необычным голосом. Генри представился женщине. Когда она узнала, кто она такая, она пригласила ее навестить отца в Миликорне.

Императрица не отказалась от визита, в ходе которого было предложено назвать ее именем одну из разновидностей роз, обладающих редкими достоинствами.

В те времена у садоводов-любителей ходили слухи, что компания Delbard выпускает серию под названием «Шахские розы», хотя настоящее название никому не было известно.В него вошли цветы, большие по размеру и неповторимый аромат. Никто не знал названия сортов, но серия была связана с именем Императрис Фарах. Было много попыток садоводов собрать эту серию из имеющихся сортов.

В настоящее время этот сорт Императрицы Фарах не редкость, но многие садоводы все еще пытаются вывести еще пять сортов.

В 1992 году вид стал обладателем множества наград и призов крупных конкурсов.В 1995 году титул «Хрустальная роза» был удостоен императрицы роз Фарах на конкурсе в Орлеане.

Описание сорта

Отличительной особенностью цветка является нестандартная окраска с переходом от белого к ярко-красному. Бутоны крупные, по форме напоминают бокалы. Постепенно распустившиеся бутоны переходят в махровые цветки. Изящный кончик цветка придают загнутые наружу концы лепестков пурпурно-красного цвета. Бутоны, раскрываясь постепенно, остаются такими же плотными, лишь немного загибают лепестки кармина.У цветка высокий центр, поэтому даже еще не распустившийся бутон украшен ярусами пурпурно-красных штрихов. Отсутствие солнечной окраски приводит к окрашиванию этих штрихов в ярко-розовые оттенки.

Чаще всего встречаются розы с одиночными бутонами. Но поскольку у бренда Empress Farah много побегов, куст выглядит пышным и цветущим.

Контраст между цветами и листьями на растении почти незаметен, поскольку большие и блестящие листья имеют очень светло-зеленый цвет.

Кустарники разновидности прямостоячие, сильнорослые, обладают высокими декоративными качествами. Высота может достигать 1 м 20 см.

Роза имеет очень тонкий, едва заметный аромат.

Уход

Роза Императрица Фарах абсолютно неприхотлива в уходе, несмотря на то, что это уникальное растение. Сорт зимостойкий и устойчивый к болезням. Декоративность розы сохраняется как в виде бутона, так и в виде полностью распустившегося цветка.

Поливать розу нужно обильно, следить, чтобы не пересыхали верхние сферы почвы.Удобряйте каждую неделю, используя комплексные минеральные удобрения с питательными веществами.

Этот сорт роз используется для озеленения участков, пригодных для срезки. Цветение продолжительное и повторное, начинается в конце июня и заканчивается с наступлением заморозков. Императрица Фарах, посаженная на солнечном участке, приобретает более насыщенный цвет с ярко выраженными двухцветными переливами.

Пересадка и размножение

При пересадке растение вынимают из почвы, корни промывают простой водой.Растение делят и высаживают каждый куст отдельно. Предварительно необходимо приготовить почвенную смесь.

Для размножения укореняйте черенки летом, добавьте в почву тренажер роста, обеспечьте достаточно высокую влажность.

Отзывы садоводов

Любители выращивания цветов в восторге от необычного вида этого сорта роз. Но все отмечают одну особенность, которой обладает Императрица Роз Фарах. Отзывы садоводов говорят о том, что он не обладает ожидаемым ароматом.Запах розы легкий и едва различимый. Но ее гордая красота и необычный цвет делают отсутствие аромата не столь значительным.

Кроме того, замечено, что цветок розы сохраняется долго (около десяти дней). Чайно-гибридная роза Императрица Фарах не боится дождя, солнца, ветра. Погодные условия для нее абсолютно безвредны. Также можно не беспокоиться о болезнях, черная пятнистость и мучнистая роса этому сорту не страшны. Беда доставляет только тля, но бороться с этим несложно.

Растение хорошо переносит зимовку. Из спячки выходит позже других сортов, но быстро настигает и даже может превосходить своих соседей по росту.

Яркие благородные цветы — предмет восхищения многих садоводов. В садах, где растут разные сорта роз, Императрица Фарах будет выделяться необычным внешним видом, привлекая настоящих ценителей.

Фарах Пехлеви — Интервью, журнал

они не могут остановить культуру.А иногда, когда возникает давление, художники становятся более креативными. Фарах Пехлеви

Ее Императорское Величество Императрица Ирана Фарах Пехлеви — как она была официально известна до 1979 года, когда ее муж, Шах Мохаммад Реза Пехлеви, был свергнут и заменен Исламской Республикой аятоллой Хомейни — недавно была в Нью-Йорке, чтобы присутствовать на открытии « Иран модерн », крупная выставка иранского искусства 1950-х, 60-х и 70-х годов в Азиатском обществе на Парк-авеню. Высокая и все еще красивая в свои 75 лет, она была воплощением элегантности и достоинства в тот вечер в белом шелковом вечернем костюме, расшитом черными цветами, ее волосы цвета шампанского были зачесаны назад и завязаны черным атласным бантом для милого школьного образа.Как всегда, она вела себя с идеальной осанкой и сдержанной королевской манерой, но при этом заставляла всех, кого встречала, чувствовать, что она рада их видеть — особенно артистов, чьи работы были в шоу, хотя некоторые из них были яростными критиками. режим ее мужа. Тогда международная пресса часто называла ее Жаклин Кеннеди с Ближнего Востока не только за ее гламурный стиль, но и за ее приверженность сохранению истории и покровительство искусству.

Фарах Диба родилась 14 октября 1938 года в Тегеране, Иран, в обеспеченной аристократической семье. Она получила образование в частных итальянских и французских школах в Тегеране, а затем изучала архитектуру в Париже.Весной 1959 года ее представили шаху на приеме в посольстве Ирана в Париже, и он начал ухаживать за ней, когда она вернулась в Иран тем летом. Они поженились в декабре на церемонии мусульман-шиитов в Мраморном дворце в центре Тегерана. В соответствии с традиционными обычаями невеста, одетая в платье, созданное Ивом Сен-Лораном, и двухкилограммовую тиару Harry Winston, выпустила на свободу 150 соловьев в клетках и была посыпана сахаром от королевы-матери. Ей был 21 год; Шах 40.Ранее он был женат дважды, сначала на принцессе Фавзии, сестре египетского короля Фарука, от которой у него была дочь; а затем в Сорайю Эсфандиари. Поскольку эти союзы не смогли произвести на свет наследника мужского пола, оба закончились разводом. Через десять месяцев после замужества императрица Фарах родила наследного принца Резу, за ней последовали принцесса Фараназ в 1963 году, принц Алиреза в 1966 году и принцесса Лейла в 1970 году.

Шах был сложной и противоречивой фигурой, которая, с одной стороны, верила в божественное право королей, а с другой — стремилась сделать свою страну самой современной в регионе, отменив феодализм и освободив женщин в рамках своей Белой Церкви. Революция 1963 года.Сама императрица была символом того, как далеко дошли женщины под властью ее мужа. Она была первой иранской королевой, которую назвали регентом в случае смерти ее мужа до того, как наследному принцу исполнилось 20 лет. Она руководила персоналом из 40 человек и покровительствовала 24 образовательным, медицинским и культурным организациям, путешествуя по самым отсталым местам. страны, чтобы открыть школы и больницы. Под ее руководством правительство выкупило сотни исторических персидских артефактов у иностранных учреждений и частных коллекций и построило музеи для размещения восстановленных бронзовых изделий, ковров, керамики и других предметов и древностей.

В начале 70-х императрица основала Тегеранский музей современного искусства и начала собирать коллекцию из почти 150 работ, от импрессионистов (Моне, Писсарро, Ренуар) до минималистов (Соль Левитт, Агнес Мартин, Брис Марден). ), потратив, по ее словам, менее 100 миллионов долларов. Сегодня коллекция, в которую также входят работы Гогена, Тулуз-Лотрека, ван Донгена, Пикассо, Брака, Миро, Магритта, Дали, Поллока, Джонса, Бэкона, Хокни и Лихтенштейна, оценивается в 5 миллиардов долларов.Музей открылся в 1977 году, но с приходом аятоллы Хомейни два года спустя эти сокровища были заперты в его подвальном хранилище, считая его непригодным для исламских глаз.

В 1976 году императрица Фарах поручила Энди Уорхолу сделать ее портрет. Они встретились на обеде в Белом доме, который дал шаху президент Форд — Энди сказал мне потом: «Шах был крутым со мной, но императрица была действительно очень добра и красива». Хотя в то время я был редактором Interview , мои обязанности на заводе также включали продажу произведений Энди, поэтому я проработал детали с послом Ирана в ООН Ферейдуном Ховейдой, бывшим кинокритиком, который часто приглашал нас на свою икру насыщенные обеды, на которых можно найти всех, от Франсуа Трюффо или Луи Малля до Элиа Казана, Лены Хорн и Сидни Люмет.5 июля 1976 года Энди, его менеджер Фред Хьюз и я вылетели в Тегеран в сопровождении Нимы Фарманфармаян, модного обозревателя журнала New York Post и дочери двух известных иранских художников, Монира Фарманфармаяна и Манушера Йектаи. Десяток школьниц в золотых парчовых кафтанах встретили нас в аэропорту и прикололи розовые розы к нашим лацканам, прежде чем нас увезли на лимузине в отель Inter-Continental в Тегеране, где Энди сразу же начал заказывать икру из обслуживания номеров всего за 10 долларов за порцию. .Следующим вечером мы оказались на государственном ужине для премьер-министра Пакистана Зульфикара Али Бхутто, который устраивал премьер-министр Ирана Амир Аббас Ховейда, старший брат посла. (Менее чем через три года будут казнены и хозяин, и почетный гость, Ховейда во время революции, Бхутто после военного переворота.)

Тегеран, который мы видели тем летом, был растущим, процветающим, современным городом — точно так же, как иранское общество, с которым мы столкнулись, было динамичным, богатым и космополитическим.Очень богатая группа, в которую входила большая часть христиан и евреев, жила на холмах в северной части города, недалеко от дворца Ниаваран, принадлежавшего императорской семье. Их виллы не казались бы неуместными в Бель-Эйре — если бы не персидские ковры у бассейнов, — а женщины носили бикини днем ​​и от кутюр ночью. Ближе к центру города строились обширные жилые комплексы среднего класса, в том числе построенный пионером доступного американского пригорода Уильямом Левиттом.Только на старом базаре на более бедном юге Тегерана мы видели женщин в черных чадрах с головы до ног, и именно там звук нашего американского акцента вызывал периодическое зловещее шипение из толпой толпы.

За неделю, которую мы провели в Тегеране в ожидании, когда императрица Фара найдет в своем плотном графике время, чтобы позировать для камеры Энди Polaroid Big Shot, я ни разу не слышал слова «шиит». Тем не менее, к июлю следующего года, когда она приехала в Нью-Йорк, чтобы получить награду за права женщин на обеде, организованном Фондом «Экуменический призыв к совести», сотни демонстрантов в масках кричали: «Убейте шаха!» возле отеля «Пьер», и полиция на лошадях пыталась оттеснить их обратно через Пятую авеню.«Это слишком страшно», — простонал Энди, когда мы ворвались внутрь. В ноябре Энди и Фред Хьюз пошли на официальный обед президента Джимми Картера в честь шаха, где около 8000 демонстрантов окружили Белый дом. К тому времени в Иране начались протесты, и шахский режим подвергался все возрастающей критике в американской прессе. Энди тоже. За несколько дней до ужина в Белом доме, The Village Voice разместила на обложке фотографию Энди и императрицы Фары под заголовком «Красивые мясники.Вскоре после этого старый друг Энди, Генри Гельдзахлер, куратор музея Метрополитен, которого мэр Кох только что назначил уполномоченным по культуре Нью-Йорка, лично отругал его за то, что он имел дело с «кровожадным шахом». Это не помешало Энди согласиться сделать портрет шаха, когда посол Ховейда попросил его об этом в начале 1978 года. Поскольку Его Императорское Величество не будет присутствовать на поляроидах, Энди сделал свой шелкографию с официальной фотографии шаха в официальной белой военной форме. туника с расшитым золотом воротником и погонами.Мы все собирались ехать на Ширазский фестиваль искусств в сентябре 1978 года, где портрет будет открыт, когда пришла телеграмма из Министерства культуры. «Из-за незаконных проявлений крайних ксенофобских групп мы с сожалением отменяем фестиваль в этом году».

Шах и императрица покинули Иран 16 января 1979 года, а две недели спустя аятолла прибыл с триумфом, став верховным лидером «правительства Бога».

В течение следующих нескольких месяцев свергнутые члены королевской семьи переезжали из страны в страну — Египта, Марокко, Багамских островов, Мексики — в поисках убежища, находясь под угрозой экстрадиции и смерти от нового иранского режима.В октябре президент Картер неохотно доставил шаха в США для лечения; В ответ иранские боевики захватили контроль над американским посольством в Тегеране, взяв в заложники его дипломатов на 444 дня. Затем Пехлеви были отправлены в Панаму и, наконец, снова в Египет, где шах умер в июле 1980 года от рака (лимфомы).

Президент Рейган разрешил своей вдове и детям въехать в Соединенные Штаты в 1981 году, но жизнь в изгнании не была легкой для семьи.Принцесса Лейла умерла от передозировки наркотиков в Лондоне в 2001 году; Принц Алиреза покончил жизнь самоубийством в Бостоне в 2011 году. «Дети были выброшены из своих позолоченных клеток в джунгли в очень раннем возрасте, — говорит друг семьи, — и не смогли выжить».

В наши дни бывшая императрица делит свое время между Парижем и Потомаком, штат Мэриленд, где живет ее сын, принц Реза, некогда будущий шах. Мы поговорили за чаем в квартире ее двоюродной сестры Лейлы Диба, бывшего хранителя исламского искусства в Бруклинском музее и сокуратора выставки «Иран Модерн», которая будет открыта до 5 января.

ФАРА ПАХЛАВИ: Я рада, что в это время в этой стране проходят выставки об Иране. Для иранцев, находящихся в Америке, хорошо видеть, что их страна удостоена чести, а также для американцев — знать об Иране немного больше. Выставка [ранее в 2013 году] Цилиндра Кира Великого в Смитсоновской галерее Саклера в Вашингтоне имела большой успех. Режиссер сказал мне: «У нас никогда не было шоу с таким количеством зрителей и прессы». И выставка современного иранского искусства, проходящая сейчас в Азиатском обществе, интересна тем, что после того, что американский народ увидел в новостях о том, что произошло в Иране, им хорошо увидеть другой образ нашей страны и нашего народа.

БОБ КОЛАЧЕЛЛО: Период, охватываемый выставкой Азиатского общества — 1950-е, 60-е и 70-е годы — был временем, когда вы были императрицей, верно?

ПАХЛАВИ: Да. Я женился в 1959 году. И мне в каком-то смысле повезло, потому что я приехал в период, когда Иран продвигался вперед во многих областях — промышленной, культурной, образовательной. Я всегда говорю, что благодарна своему мужу, потому что он поддерживал меня, руководил и помогал мне заниматься делами в тех областях, которые мне были интересны, как личности, а также в моем положении.Я помню, как в первый раз он попросил меня выйти за него замуж. Он сказал: «Как королева, на вас будет большая ответственность». И я сказала «да», потому что в юности я была девушкой-скаутом, и в школе нас учили служить другим, помогать другим. Но я не мог представить себе масштаб работы! Мне потребовалось несколько лет, чтобы узнать о проблемах и найти способы помочь. Я также благодарен всем моим соотечественникам, которые пришли ко мне, дамы и господа, объяснив мне, что «Нам это нужно» или «Нам нужно это» — в социальной сфере, например, для детей, которые были больны, или умственно больные, обездоленные или непонятливые, всякие подобные вещи, но и в образовании, которое было самым важным для нашей страны, и в культуре.Меня интересовала культура. Я любил культуру. Я хотел помочь всем, чем мог, для сохранения нашей древней и традиционной культуры. Не только с точки зрения архитектуры, но и искусства, литературы, поэзии и ремесел. Я также интересовался современным искусством и хотел поддержать иранских художников. Думаю, мой интерес начался в начале 60-х, когда я впервые посетил Тегеранскую биеннале, которую Министерство культуры организовало для иранских художников. А потом постепенно появилась одна или две галереи — частные галереи, — которые выставляли иранских художников.Я очень восхищался их работами и сам покупал. Кроме того, я пытался воодушевить тех, кто мог позволить себе пойти со мной и купить, потому что иранцы, которые были богатыми в то время, были более заинтересованы в коллекционировании древнеиранского искусства, а не столько современного. Я призвал министерство, у которого был бюджет на украшение, тоже — я сказал, что вместо того, чтобы просто тратить его на уродливую мебель, вы можете заказать картину или скульптуру у художника. То же самое я сделал с мэрами городов.И постепенно он стал набирать обороты, было много выставок и много коллекционеров, и это был период, когда у нас действительно были великие художники. Так что я очень рад, что Азиатское общество показывает этот период.

Я помню, как он впервые попросил меня выйти за него замуж. ОН СКАЗАЛ: «КАК КОРОЛЕВА, ВЫ БУДЕТЕ МНОГО ОТВЕТСТВЕННОСТИ». . . НО Я НЕ МОГУ ПРЕДСТАВЛЯТЬ МАСШТАБ РАБОТЫ Фарах Пехлеви

КОЛАЧЕЛЛО: Эти художники были более абстрактными или фигуративными?

ПАХЛАВИ: Некоторые были образными, большинство — абстрактными.Некоторых вдохновил иранский почерк, каллиграфия. Одни были вдохновлены иранской культурой, другие — современным европейским и американским искусством. Некоторые из них учились за пределами страны. Во Франции была программа продажи квартир артистам, поэтому мы купили две-три квартиры иранцам. Артисты могли приехать туда и остаться на два-три года. Сказать по правде, я забыл об этом до тех пор, пока несколько лет назад мне не прислали электронное письмо от двух иранских художников — дам, чтобы поблагодарить за эти ателье.Также мы участвовали в выставках за пределами страны — например, во Франции. Дошло до того, что я просила своего мужа, вместо того, чтобы платить деньги за перевозку произведений искусства, положить их в военные самолеты, которые в любом случае иногда приходилось лететь. Мы пытались заручиться поддержкой всех в этом.

КОЛАЧЕЛЛО: Были ли в то время в Тегеране хорошие художественные школы?

ПАХЛАВИ: У нас была архитектурная школа в Тегеранском университете, и была часть по искусству.

КОЛАЧЕЛЛО: Вы изучали архитектуру в Париже.

c: Да, в École Spéciale d’Architecture, это была хорошая школа. Я пробыл там два года и даже сейчас считаю, что сделал правильный выбор. Мне понравилось. Конечно, я не стал архитектором, но позже в Иране у меня было много контактов и обсуждений с архитекторами, потому что Иран развивался, и я чувствовал, что мы не должны разрушать прошлое и полностью копировать Запад, что является проблема в развивающихся странах. Вы знаете, они строят новые здания, которые не имеют ничего общего с духом местности, климатом или цветом.Поэтому я создал фонд в честь тех иранцев, которые построили современные здания, но были вдохновлены прошлым.

КОЛАЧЕЛЛО: Когда вы основали этот фонд?

PAHLAVI: Это должно было быть в середине 1970-х. В Иране, как и во всех развивающихся странах, хотели копировать внешний мир, не зная, что хорошо для нашей страны. Но постепенно это менялось, и те, кто умел строить красивые дома, нанимали иранских ремесленников.

КОЛАЧЕЛЛО: Вы участвовали в строительстве Тегеранского музея современного искусства и тесно сотрудничали с архитектором Камраном Диба, верно?

ПАХЛАВИ: Да.Я думал, что нам тоже нужен музей. Итак, когда в начале 70-х цены на нефть выросли, я спросила своего мужа и премьер-министра. Я сказал: «Сейчас или никогда не куплю некоторые из этих вещей». Конечно, у нас был фантастический — и очень старый — музей древнеиранского искусства. Мы начали Музей ковра Ирана и Музей Негарестана, в котором были представлены картины и предметы периода Каджаров, который был династией до Пехлевидов. Мы также открыли музей керамики и стекла, доисламского и исламского, в очень старом здании — опять же, я хотел сохранить старые здания, а не разрушать их и строить что-то новое.Самым главным был музей современного искусства. Я помню, как ходил где-то на выставку, и одна из художников, иранская женщина, сказала: «Я бы хотела, чтобы у нас было где-то, чтобы наши картины остались навсегда». Так мне пришла в голову эта идея. Я сказал: «Она права, у нас должно быть место для их хранения, причем не только иранских произведений искусства, но и зарубежных художников». Эти два музея, ковров и современного искусства, были построены в парке, потому что я думал, что люди приходят и уходят в парк, и они пройдут через музеи.Г-н Камран Диба, мой двоюродный брат, был архитектором и построил красивое современное здание для Музея современного искусства, вдохновленное древней иранской архитектурой, и не слишком высокое, потому что мы не хотели разрушать вид на парк. Нам помогли два американских куратора, Донна Стейн и Дэвид Галлоуэй, которые помогли приобрести коллекцию. Конечно, когда галереи Нью-Йорка и Европы узнали, что мы заинтересованы, они начали присылать нам материалы. Должен сказать, это отличная коллекция.Когда я думаю о цене, по которой мы купили эту коллекцию в 70-х… Музей был открыт в 1977 году, и я рад, что он все еще там, потому что после революции я действительно очень беспокоился о том, что случится с этим современным искусством. К счастью, новому директору, который был президентом школы искусств Тегеранского университета, это действительно удалось, и весь персонал очень хорошо потрудился, чтобы положить все в подвал.

COLACELLO: На хранении.

ПАХЛАВИ: Да, в хранилище, со всем названным и пронумерованным.Конечно, после революции эту коллекцию не показывали — показывали только революционные картины. Но за последние несколько лет в музее были показаны некоторые современные картины — не все из них, потому что некоторые, по их словам, были антиисламскими, — и я был счастлив, потому что люди увидели то, что у них есть. Я никогда не забуду электронные письма, полученные от иранских художников. С некоторыми старшими артистами мы, конечно, общаемся, разговариваем друг с другом. Но молодые иранцы прислали мне добрые электронные письма, в которых говорилось: «Ты был тем, кто поддерживал искусство.«Это меня очень трогает. Женщина из Тегерана сказала: «Когда я подошла и встала перед Ротко, у меня на глазах стояли слезы». Конечно, единственное, что было неправильно в музее, — это обмен де Кунинга [ Woman III ] на оставшиеся страницы того, что мы называем Shahnameh , «Книгой царей» [рукопись 258 Персидские миниатюры XVI века; Артур Хоутон-младший, наследник Corning Glass Works, приобрел его у французского банкира барона Эдмона де Ротшильда в 1959 г.].Это длинная история. Эти страницы были из «Книги королей» Хоутона. Г-н Хоутон хотел продать его нам в 1976 году за 20 миллионов долларов, поэтому мы не смогли его купить. А потом он порвал несколько прекрасных миниатюр и отдал их в Метрополитен-музей, а некоторые выставил на продажу. Я спросил великого коллекционера, сколько они стоят, и он сказал 6 миллионов долларов. Я подумал, что если Исламская Республика заинтересована в этом, они могут заплатить 6 миллионов долларов. Но они обменяли его [через лондонского дилера Оливера Хора и дилера из Цюриха Дорис Амманн в 1994 году] на этого де Кунинга.А потом я увидел в The New York Times , что де Кунинг был продан мистеру Дэвиду Геффену за 20 миллионов долларов. И г-н Геффен продал его [в 2006 году] другому коллекционеру [Стивен А. Коэн] более чем за 100 миллионов долларов, я должен вам сказать, что когда это произошло, я позвонил в музей.

КОЛАЧЕЛЛО: Да? Они были ошеломлены, услышав от вас звонок?

ПАХЛАВИ: Нет, я не сказал, кто я такой. Я сказал: «Я изучаю искусство и очень интересуюсь этим музеем». Я по глупости забыл, что сегодня пятница — пятница в Иране выходной.Тогда мужчина сказал: «Извините, он закрыт. Звони завтра ». На следующий день я позвонил, рассказал ту же историю, а потом к телефону подошел кто-то важный. Я сказал: «Вы знаете, это художественная столица нашей страны. Вы не должны его обменивать ». Он сказал: «Мадам» — не знаю, как он меня называл — «нас заставили». Но пока все хорошо — ничего подобного не было. Я всегда боюсь, что, когда об этом музее говорят в прессе, люди заинтересуются. Я знаю, что некоторые крупные коллекционеры заинтересованы.

КОЛАЧЕЛЛО: Приобрести работы из коллекции?

ПАХЛАВИ: Чтобы приобрести, да.

КОЛАЧЕЛЛО: Мне сказали, что когда вы собирали коллекцию, вас консультировали Тони Шафрази и Лео Кастелли и имели дело с ними. Это верно?

PAHLAVI: Да, Тони Шафрази играл роль, а также Кастелли, греческий дилер Иолас и Бейелер в Базеле. А потом, много лет назад, я увидел г-на Байелера в Париже и сказал: «Мистер. Бейелер, я слышал, что вас интересуют некоторые из картин Тегерана.Пожалуйста, побольше картин на улице. Не надо! » Он сказал: «Нет-нет, они для меня сейчас слишком дороги».

КОЛАЧЕЛЛО: Хотя, должно быть, неприятно знать, что эта замечательная коллекция есть, но никто не может ее увидеть.

PAHLAVI: Нет, я рад, что это есть, потому что все это принадлежит нации, и, надеюсь, найдутся люди, которые помогут этому остаться там навсегда.

COLACELLO: Вы также принимали активное участие в открытии Ширазского фестиваля искусств для музыки, танцев, драмы, поэзии и кино в 1967 году.

ПАХЛАВИ: Да. Вы знаете, Иран считался промежуточным звеном между Востоком и Западом, и мы думали об этой идее и обсуждали ее с людьми в этих областях. В Ливане уже был фестиваль Баальбек, и мы не хотели делать то же самое, поэтому решили, что у нас будет фестиваль, на котором будут представлены как традиционные работы со всего мира, так и современные и авангардные. Мы сформировали попечительский совет и привлекли к работе наше Министерство культуры. Мы думали, что Шираз будет лучшим местом, потому что это город культуры и искусства, и сделать это в сентябре, когда школы еще не открыты, и мы могли бы использовать общежития университетов для людей, приезжающих на фестиваль.Итак, мы начали в Ширазе, не только в городе, но и в руинах Персеполя за городом. К нам приезжали великие артисты со всех концов — из Японии, Африки, Европы, Америки.

КОЛАЧЕЛЛО: Я помню, что в 1972 году в мире искусства говорили о том, что Роберт Уилсон поставил там свою пьесу « Ka Mountain ». Люди не могли поверить в это, потому что это продолжалось 168 часов без перерыва.

ПАХЛАВИ: Да, это было невероятно. Даже в Америке тогда не так много знали о Роберте Уилсоне.К сожалению, фестиваль пришлось прекратить после 1977 года.

КОЛАСЕЛЛО: Я знаю, потому что Энди Уорхол и наша группа, включая Фреда Хьюза, Палому Пикассо и Сан Шлюмберже из Парижа, были приглашены на фестиваль 1978 года. Энди написал ваш портрет, а потом ваш муж попросил его сделать, и его собирались открыть в Ширазе. Но все мы получили телеграммы, в которых говорилось: «Из-за незаконных проявлений крайних ксенофобских групп мы с сожалением отменяем фестиваль в этом году. Но в следующем году мы вас еще раз пригласим.«Этого никогда не было. Но я никогда не забывал формулировку этой телеграммы.

ПАХЛАВИ: Ужасно. Кстати, французское телевидение показало фильм о некоторых картинах в подвале музея, а мой портрет Энди Уорхола был разрезан ножом.

КОЛАСЕЛЛО: Не было там нескольких ваших портретов?

ПАХЛАВИ: Думаю, в музее было двое моих мужей и двое меня. И один был у меня во дворце — думаю, он все еще там. Что интересно, недавно они опубликовали книгу под названием The Perfume of Niavaran Palace .В книге есть изображения всего искусства, которое я приобрел лично, и я очень рад, что они все есть. Конечно, некоторые из них принадлежали Суду. Кроме того, в фильме из музея они вытаскивали некоторые картины, и одной из них был портрет Мика Джаггера Энди. На самом деле я не думаю, что это была картина. Может, это был отпечаток.

КОЛАЧЕЛЛО: Шах интересовался искусством? Как бы ваш муж отреагировал на что-то вроде пьесы Боба Уилсона?

ПАХЛАВИ: Он не видел таких вещей.Ему нравилась более традиционная музыка, а также комедия — в фильмах и спектаклях. Я шел на фестиваль. Он приехал только один раз [в 1973 году], когда Морис Бежар сделал что-то фантастическое под названием Golestan на руинах Персеполя, с персидской музыкой и песнями, и его величайшим танцором Хорхе Донном, который был фантастическим. Мой муж приехал на фестиваль впервые. В другие годы он не приходил. У него не было времени. У него были другие дела.

КОЛАСЕЛЛО: Я читал, что президент Кеннеди согласился с идеей Жаклин Кеннеди о том, чтобы классические музыканты выступали после обеда в Белом доме, но он предпочел бы больше развлечений в голливудском стиле.

ПАХЛАВИ: У людей разные вкусы.

КОЛАЧЕЛЛО: Некоторые историки и журналисты писали, что грандиозная и экстравагантная вечеринка, которую ваш муж и вы устроили в Персеполе в 1971 году по случаю 2500-летия основания Персидской империи Киром Великим, была ошибкой. Они говорят, что это способствовало растущему разочарованию в монархии в Иране, кульминацией которого стала революция восемь лет спустя. Оглядываясь на это сейчас, вы думаете, что это правда?

PAHLAVI: Оглядываясь назад, многие вещи видятся по-другому.Даже те, кто был против нас, думают иначе, потому что те, кто был против, преувеличивают. Я должен сказать, что было несколько вещей, которые мы могли бы сделать иначе — и вещи, которые даже мне не нравились, но которые уже были выполнены. Но вы знаете, если Цилиндр Кира может быть выставлен в Вашингтоне и разнесен по городам по всей Америке, то это потому, что древняя история Ирана стала известна миру в то время. Люди забыли положительные стороны этих празднований, и все комитеты, которые были созданы почти в каждой зарубежной стране, и все выставки, концерты, книги, статьи и конференции по иранской истории, которые вышли из них.Год или два назад иранский телеканал в Лондоне снял фильм об этих торжествах, и они взяли интервью у меня, а также у человека, который отвечал за его организацию. У них была такая положительная реакция из Ирана, потому что люди там видели уважение, которое весь мир испытывал к Ирану тогда, и все мировые лидеры, которые приехали в Персеполис [Хайле Селассие, Тито, Имельда Маркос, принц Ренье и принцесса Грейс, среди многих другие]. Стоимость торжества была преувеличена, и другие придумали, но когда люди все равно против вас, они всему верят.Но сейчас в Иране действительно попросили показать этот фильм еще раз. Для иранцев сегодня интересно увидеть, например, униформу и одежду Ирана 2000 лет назад, а также всю работу, стоящую за празднованием. Так что да, теперь люди смотрят на вещи по-другому. Я особенно помню, когда мой муж в своей речи перед гробницей Кира Великого сказал: «Спи спокойно, Кир, потому что мы бодрствуем». Некоторые люди смеялись над этим. Но, как я сказал тогда, он имел в виду, что иранский народ проснулся — и они спят! Сегодня и уже много лет — и когда я говорю это, у меня мурашки по коже — в наш Новый год, 21 марта, множество молодых иранцев, старых иранцев, женщин и мужчин идут к могиле Кира и скажите что-нибудь, рифмуясь по-персидски: «Иран — наша страна, а Кир — наш отец.«Это мусульмане — хорошие мусульмане, — но иранская идентичность становится все сильнее и сильнее среди иранцев. И что замечательно, это то, что, несмотря на все давление и сопротивление, многие иранские художники продолжают творить в Иране — а — это художников.

КОЛАЧЕЛЛО: Есть ли в Тегеране арт-сцена?

PAHLAVI: Ну, некоторые художники выставляются за пределами страны и устраивают шоу у себя дома, потому что их работа носит политический характер, а они этого не допускают. Вы знаете, когда эти люди пришли к власти, они запретили даже традиционную музыку.Но сейчас в Иране есть фантастические традиционные группы, которые выходят на улицу и дают концерты. В нашей стране так много культурных ценностей, которые настолько сильны, что не могут их уничтожить. Например, когда они впервые пришли к власти, они хотели разрушить статую Фирдоуси, поэта, написавшего «Книгу королей» [в 11 веке]. Но это было так внутри людей, что они не могли этого сделать — люди им не позволяли. Дело дошло до того, что один из приехавших в Америку президентов г.Хатами упомянул стихи Фирдоуси в своем выступлении в ООН. Они также хотели запретить 21 марта, заявив, что это был доисламский праздник. Но это так много внутри людей, что они празднуют это сами. Есть вещи сильнее их.

КОЛАЧЕЛЛО: Это напоминает мне о том, как талибы взорвали гигантских Будд шестого века в Бамиане в Афганистане.

ПАХЛАВИ: Вы можете в это поверить?

КОЛАЧЕЛЛО: Когда я это увидел, я подумал: «Эти люди безумны.

PAHLAVI: Вы знаете, бесполезно оглядываться назад, потому что я постоянно напоминаю себе, что Эйнштейн сказал, со всей энергией мира, вы не можете вернуться ни на секунду назад во времени. Но я подумал: если бы один из этих религиозных людей только сказал: «Послушайте, те, кто не мусульманин, превратились в камень. Так что пусть это будет примером ». Вы знаете, что-то вроде этого. Иногда это срабатывает.

КОЛАЧЕЛЛО: Верно, они должны были правильно его раскрутить. Но чтобы разрушить такие исторические памятники … Я понимаю желание иметь чисто исламский режим сейчас, но это не значит, что вы должны стереть то, что было раньше.

PAHLAVI: Они действительно сумасшедшие.

КОЛАЧЕЛЛО: Какова твоя жизнь сейчас? Где вы живете?

PAHLAVI: Я нахожусь между Парижем и Мэрилендом. И я всегда занят всеми письмами, которые получаю, а иногда и интервью, о которых меня просят. Я стараюсь следить за тем, что происходит, и поддерживать контакт с некоторыми иранцами. Так что я занята. Иногда этого бывает слишком много, потому что у меня нет персонала, чтобы все это делать.

COLACELLO: Вы следите за сценой современного искусства?

PAHLAVI: Да, но сейчас не так сильно, как раньше — правда, у меня нет времени.Но особенно если у иранцев есть галерея, и они хотят, чтобы я был там, или иранский художник хочет, чтобы я приехал на ее или его выставку, я стараюсь это делать. Знаете, художники проходят через меня, чтобы найти кого-то, кто может показать свои работы, поэтому, если я знаю кого-то в галерее в Париже, я могу позвонить им и сказать: «Есть такой-то и такой-то, возможно, вы можете увидеть его или свою работу и, возможно, выставить ее ». Поэтому я стараюсь помочь им, чем могу, представляя их некоторым людям или присутствуя на их открытиях, и, возможно, это появляется в прессе — я делаю такие вещи, если могу помочь.

КОЛАЧЕЛЛО: Я был поражен, узнав, что Монир Фарманфармян, чья картина находится на обложке каталога «Иран модерн», стал крупным художником Ирана. Энди и все мы на Фабрике в 70-е были хорошими друзьями ее дочери Нимы. И я помню, у нее не было особого успеха.

PAHLAVI: Да, но теперь, когда она работает с зеркалом, она есть. Что интересно, есть много коллекционеров иранских художников за пределами Ирана, а также множество коллекций внутри Ирана. Видимо, галерей много.

КОЛАСЕЛЛО: Как вы и сказали, они не могут это контролировать.

ПАХЛАВИ: Нет, они не могут остановить культуру. А иногда, когда возникает давление, художники становятся более творческими, будь то поэты, художники или режиссеры. Посмотрите фильмы, выходящие из Ирана.

КОЛАЧЕЛЛО: Искусство становится все более важным, потому что это может быть единственный способ по-настоящему выразить себя. Они не могут делать политических заявлений, поэтому им приходится вкладывать больше смысла в картины, музыку или литературу.Вы видели это в Советском Союзе и Восточной Европе, особенно у писателей и поэтов. Есть ли у вас надежда, что в Иране произойдут настоящие перемены?

ПАХЛАВИ: У меня есть надежда. Я никогда не теряю надежды, потому что знаю, что существует столько угнетения, и эти люди не уйдут просто так. Но большинство иранцев сейчас молодые — моложе 30 лет — и благодаря Интернету, Twitter, Facebook, телевидению они все видят. Они образованы, они умны, а также они больше узнают о том, чем был Иран и каким мог бы стать Иран 30 лет спустя с доходами от нефти, с интеллектом своего народа.Это душераздирающе, когда я слышу, что в Иране так много наркоманов, потому что у молодых людей нет надежды или они впадают в депрессию из-за всех ограничений своей жизни. Даже проституция среди очень молодых людей! Дети попрошайничают на улице… Конечно, мы все еще были развивающейся страной, и в некоторых областях еще нужно было сделать так много вещей. Но тогда у нас были возможности. К счастью, родители этих молодых людей рассказывают им, кем мы были, и они узнают обо всей чепухе, сказанной во время революции и продолжающейся.Так что они знают, что там было, и симпатия к моему покойному мужу растет все больше и больше. Когда сейчас о нем говорят, они говорят: «Да благословит Бог его душу». И они говорят: «В его время цена на курицу была такой, а теперь она такая…» Конечно, санкции усугубили страдания людей. Но даже до санкций люди не могли есть мясо ни неделю, ни 15 дней. Это невероятно. Когда я слышу, что иногда люди воруют хлеб друг у друга — я имею в виду, как это возможно в таком городе, как Тегеран? Да, население увеличилось вдвое, но этот режим во имя религии причинил столько вреда, сказал так много лжи и так много коррупции.Так не может оставаться. На протяжении своей истории Иран подвергался вторжению со стороны различных цивилизаций, но Иран всегда восставал из пепла. И на этот раз это тоже произойдет, потому что прежде всего для иранцев, но также для Ближнего Востока и всего мира важно, чтобы Иран был такой страной, какой она должна быть.

COLACELLO: Что вы думаете об арабской весне и о том, что происходит в арабском мире сегодня?

ПАХЛАВИ: Когда вы видите, что сейчас происходит в этом районе, это очень странно и очень тревожно.В разных мусульманских странах были группы фанатиков, но я думаю, что все началось с Хомейни. Я также имею в виду, что эта война началась между суннитами и шиитами.

ФРАНЦУЗСКОЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ ПОКАЗАЛО ФИЛЬМ НЕКОТОРЫХ КАРТИН В ПОДВАЛЕ МУЗЕЯ, И МОЙ ПОРТРЕТ ЭНДИ УОРХОЛА ВЫРЕЗАН НОЖОМ. Фара Пехлеви

КОЛАЧЕЛЛО: В Сирии и Ираке?

ПАХЛАВИ: В Сирии везде! Это произошло среди христиан, между католиками и протестантами сотни лет назад.Это нелепо. Но я хочу надеяться, потому что я знаю реакцию молодых людей в Иране. Они хотят жить лучше. Не только молодежь, но рабочие, журналисты, интеллигенция. Я хочу рассматривать это как период инквизиции в Европе, а затем будет период света, Просвещения. Это произойдет, потому что для такой страны, как Иран, с такой культурой, невозможно так жить в темноте. Конечно, вызывает беспокойство то, что все эти движения фанатиков во имя религии причиняют столько вреда.Есть много иранцев, которые были религиозными и не хотят больше говорить о религии из-за этих людей.

КОЛАЧЕЛЛО: Были ли вы с мужем религиозными?

ПАХЛАВИ: Мы были мусульманами и остаемся ими до сих пор. Но, знаете, однажды меня спросили: «Вы тренировались?» Я сказал: «Я соблюдаю права человека», что есть в каждой религии — быть хорошим, быть полезным, не убивать, не лгать, быть щедрым. Это ценности.

КОЛАЧЕЛЛО: Но тогда люди скажут, что у вашего мужа были заключены в тюрьмы тысячи людей, а его тайная полиция, Савак, жестоко подавляла политическое инакомыслие.

ПАХЛАВИ: Да, конечно, они так говорят и преувеличивают. Я говорю, что были вещи, когда мой муж не знал, что происходит, и даже если один человек был заключен в тюрьму по ошибке, это неправильно. Но вы должны учитывать всех коммунистов, которые были у нас в Иране 30 лет назад, и угрозу со стороны Советского Союза. А теперь есть люди, которые говорят: «Почему он не остался и не подавил революцию?» — что означало бы убийство людей, и мой муж сказал, что никогда не хотел бы удерживать свой трон на крови своего народа.

КОЛАЧЕЛЛО: То есть до революции вашего мужа больше беспокоили коммунисты, чем муллы?

ПАХЛАВИ: Да. То есть были коммунисты, которые были напрямую связаны с Советским Союзом. Так что в Иране нас больше беспокоил коммунистический переворот. Даже наши союзники думали так же. Муллы, религиозные люди, могли свободно входить в свои мечети и говорить то, что они хотели сказать. Я думаю, что многие люди, особенно коммунисты, думали, что если Хомейни придет и шах уйдет, то они возьмут верх.В любом случае, никто из них не верил в религию, но они вышли на улицы со своими чадрами и так далее. Некоторые из этих людей, участвовавших в революции, имеют смелость сказать сейчас: «Мы совершили огромную ошибку». Но вы не можете поверить, что даже некоторые интеллектуалы говорили, что видели изображение Хомейни на Луне…

КОЛАЧЕЛЛО: На Луне?

ПАХЛАВИ: На Луну!

КОЛАЧЕЛЛО: При правлении вашего мужа религиозная свобода была больше, и христиане и евреи были более свободны исповедовать свою веру.

ПАХЛАВИ: Да, именно так. Многие иранские евреи уехали после революции. Я помню, что в школе у ​​меня были друзья-христиане, у меня были друзья-евреи, и не было никаких дискуссий.

КОЛАЧЕЛЛО: Вы путешествуете по Ближнему Востоку в последнее время?

ПАХЛАВИ: Я был только в Иордании. Несколько лет назад я был на свадьбе старшего сына королевы Нур. И до сих пор иногда езжу в Марокко.

КОЛАЧЕЛЛО: Я очень сожалел о смерти вашего друга Клаудио Браво [чилийский художник-гиперреалист, в июне 2011 года, из-за осложнений эпилепсии].Вы часто бывали в его домах в Марракеше и Таруданте, не так ли?

ПАХЛАВИ: Да. Я действительно скучаю по нему. Какая жалость. Он был потрясающим художником и таким трудолюбивым. Мы знали, что не можем его побеспокоить до 6 часов вечера. Каждое утро он работал и … Во всяком случае, так грустно.

КОЛАЧЕЛЛО: Вы все еще верите, что монархия — жизнеспособная система в современном мире?

PAHLAVI: Думаю, да, потому что монархии выше политических партий. Иногда политические партии делают вещи, которые наносят ущерб стране, потому что они хотят победить другую партию.В Иране, где у нас разные религии и этнические группы, это был объединяющий фактор. Когда вы видите, что произошло в Ираке после ухода короля, и что произошло в Афганистане, Египте, Ливии, Йемене … Вы знаете, американцы очень хорошо принимают британскую монархию, но в остальном они мало что знают о . Но некоторые монархии в Европе более демократичны, чем некоторые из республик. Я имею в виду, когда вы думаете о Швеции, Норвегии, Бельгии, Нидерландах. Так что люди сами решают, чего они хотят.И это то, что говорит мой сын. Он проявляет активность, как только может, и вот уже 30 лет он говорит: «Давайте вместе избавимся от этой системы». И, надеюсь, однажды люди будут решать, хотят ли они конституционной монархии или какой-либо республики.

КОЛАЧЕЛЛО: Есть ли на выставке Азиатского общества художники, которые вас особенно интересуют или чьи работы есть в вашей коллекции?

ПАХЛАВИ: Я одолжил две части Бахман Мохассес. К сожалению, он скончался [в 2010 году в Риме].Я был с ним на связи даже ближе к концу. Мне также нравятся работы скульптора Парвиза Танаволи, который становится — прикоснись к дереву — таким известным сейчас. Художественный музей Метрополитен купил одну из его работ, а также, кажется, Британский музей.

КОЛАЧЕЛЛО: Вам нравятся работы Ширин Нешат? Она, наверное, самая известная современная иранская художница в Нью-Йорке.

ПАХЛАВИ: Да, это интересно.

КОЛАЧЕЛЛО: Вы бы считали себя феминисткой?

PAHLAVI: Феминистка не в том смысле, что если бы мужчина открыл мне дверь машины, я бы сказала «нет».В этом смысле нет, я не такой. Но я верю в свободу женщин иметь равные права — право на работу, право занимать высокие должности, право брать на себя опеку над своими детьми после развода. Все эти законы были у нас в Иране. К сожалению, многие из них были изменены.

КОЛАЧЕЛЛО: Это были законы, которые были введены при режиме вашего мужа?

ПАХЛАВИ: Да, в наше время. Единственное, что они не могли изменить, — это право женщин голосовать и быть избранными. Произошло это в 1963 году.До этого женщины в Иране не могли голосовать.

КОЛАЧЕЛЛО: Другими словами, в 1963 году женщины были юридически эмансипированы и получили право голоса.

ПАХЛАВИ: Да, и они все еще могут голосовать. Они не могли этого изменить, потому что иранские женщины очень смелые и активные, даже несмотря на все притеснения. Но, например, было запрещено многоженство, женщины могли занимать высшие должности. В наше время судьей была женщина, получившая Нобелевскую премию мира [в 2003 году] Ширин Эбади. Но после того, как пришли эти люди, они запретили ей быть судьей, потому что они сказали, что женщины недостаточно, чтобы судить.Было много законов в пользу женщин. Они многое изменили, и это действительно ужасно. Теперь любой может оскорбить тебя на улице. Они одержимы женщинами. Но иранские женщины никогда не сдаются.

КОЛАСЕЛЛО: Иногда я задаюсь вопросом, не зашли ли мы в Америке и Европе слишком далеко в противоположном направлении — исключив религию из общественной сферы и смотрим свысока на религиозных людей. Я думаю, что такие вещи, как запрет рождественских елок и ханукальных менор за пределами школ, например, только вызвали реакцию и способствовали росту фундаментализма.

PAHLAVI: Да, лучше не преувеличивать ни с одной стороны, ни с другой.

КОЛАЧЕЛЛО: Потому что религия может быть важным фактором в обучении детей морали, этике и манерам — основным ценностям.

ПАХЛАВИ: Именно базовые ценности, а не фанатичные вещи, как это делают, и не только в Иране. Фанатизм существует во всех религиях, будь то христианская, иудейская или мусульманская.

КОЛАЧЕЛЛО: Я думаю, что мы живем в интересное, но сумасшедшее время.

ПАХЛАВИ: Это так.Я надеюсь, что в конце концов для мира будет найдено решение, потому что мы продвинулись во многих направлениях, а в мире по-прежнему так много разных проблем. Кстати, в НАСА работает много иранцев. Один из инженеров, связанных с космическим кораблем, отправившимся на Марс, — иранец. Вы знаете, ваша страна дала иранцам, которые находятся здесь, возможность добиться успеха во всех сферах, будь то бизнес, наука или искусство. Так что жаль, что эти успешные люди не могут добиться успеха в своей стране и использовать там свой талант и знания.Некоторые из них действительно есть, и это очень трогательно. Некоторые иранские врачи из Европы и Америки едут в Иран и работают бесплатно или обучают там студентов-медиков. На днях я встретил джентльмена, который помогает защищать дикую природу в Иране. Хорошо, что многие из них не забывают о своей стране. Это важно.

КОЛАСЕЛЛО: И последний вопрос: думаете ли вы, что за несколько месяцев до революции 1979 года, когда беспорядки в вашей стране становились все более и более распространенными, американское правительство могло сделать что-нибудь по-другому, что помогло бы сохранить вашего мужа у власти?

ПАХЛАВИ: Вы знаете, это долгая история.Многие вещи поступают из архивов, которые были открыты сейчас, но о которых мы не знали в те дни. Они говорят, что американцы — у меня нет доказательств — были обеспокоены тем, что коммунисты захватят Иран, и поэтому они хотели создать Зеленый пояс ислама, чтобы предотвратить это. Теперь мы знаем, что последний американский посол встречался с оппозицией, потому что в Иране появились документы об этом. Это была смесь всего. Были проблемы с Америкой, с Англией, с Францией. Но также и с нашими собственными людьми.Мы не можем винить только посторонних.

КОЛАСЕЛЛО: Меня поразило то, что президент Картер поехал в Тегеран в 1977 году в канун Нового года и провозгласил в своем тосте на вашем ужине, что Иран — лучший друг Америки в мире.

ПАХЛАВИ: Он также сказал, что это «остров стабильности». Но затем он начал свою программу по правам человека. Хорошо, а что дальше? Почему после ухода шаха Ирана о правах человека больше не говорили. Ну, скажем, ладно, сначала это была революция, и они ждали, что будет на второй год.Но что случилось в Иране по прошествии второго года? Мой Бог! Почему же тогда о правах человека больше никто не говорил? Это нормально, что страны работают для собственной выгоды, политической и экономической. Вы не можете ожидать, что чужая страна будет для вас более католической, чем папа. Или по-персидски мы говорим: «Чаша горячее супа». Мы — наши страны — должны знать, чего мы хотим и куда мы идем. И не просто сидеть и думать: «Что ж, Америка должна это сделать, или Англия должна сделать то». Я надеюсь, что это урок для нас в будущем и для многих стран.Тех, кто вышел на улицы Тегерана, американцы на улицу не выводили. Но это была смесь изнутри и снаружи.

КОЛАЧЕЛЛО: Что ж, я надеюсь ради вашей страны — и для вас лично — что когда-нибудь вы вернетесь в Иран, даже если так же …

ПАХЛАВИ: Обычный человек.

КОЛАЧЕЛЛО: Да, просто чтобы вернуться домой.

ПАХЛАВИ: Знаешь, что меня поддерживает? Конечно, у меня есть надежда. Но на самом деле это электронные письма, которые я получаю от моих соотечественников, молодых, родившихся после революции, которые так много слышали.Это так воодушевляет. Иногда я звоню им, что придает им смелости и энергии. Поэтому я надеюсь, что все изменится, потому что жаль, что такая страна, как Иран, находится не там, где она должна быть, или там, где она была исторически. Это важно для Ирана, для всего Ближнего Востока, а также для всего мира.

КОЛАСЕЛЛО: Да, потому что я думаю, что если аятоллы получат ядерное оружие, это будет очень страшно.

ПАХЛАВИ: В Иране много людей, которые говорят: «Нам не хватает еды.Зачем нам ядерная бомба? »

КОЛАСЕЛЛО: Я бы побоялся, если бы они поделились этим с Венесуэлой, потому что у них такие тесные связи, даже сейчас, после смерти Чавеса. Это было бы похоже на очередной кубинский ракетный кризис.

ПАХЛАВИ: Я знаю. Надеюсь нет. Я надеюсь, что до этого мы избавимся от них.


БОБ КОЛАЧЕЛЛО ЯВЛЯЕТСЯ СПЕЦИАЛЬНЫМ КОРРЕСПОНДЕНТОМ
VANITY FAIR И БЫВШИМ РЕДАКТОРОМ ИНТЕРВЬЮ . ЕГО КНИГА 1990 СВЯТОЙ ТЕРРОР: ЭНДИ УОРХОЛ КРУПНЫМ ПЛАНОМ, БУДЕТ ПЕРЕИЗДАН В МАРТЕ .

Обед для императрицы, прерванный криком «Долой шаха»

Обед в отеле «Пьер» в честь императрицы Фарах из Ирана вчера был прерван криком женщины: «Долой шаха», когда более 1500 демонстрантов замедлили движение Пятой авеню. движение.

Демонстранты протестовали против сообщений о политических репрессиях и преследованиях в Иране.

По меньшей мере семь человек были арестованы во время демонстрации против визита сюда императрицы, жены шаха Мохаммеда Ризы Пахлеви, и шестеро из них были взяты под стражу в отеле, недалеко от юго-восточного угла Центрального парка.

Седьмой, как сообщила полиция, был арестован через дорогу от Института международного образования, напротив здания Организации Объединенных Наций, куда в то время приезжала императрица. Всем были предъявлены обвинения в преступном посягательстве и хулиганстве и отпущены.

Ранее обед в «Пьере» прервала женщина, сидевшая за столиком для прессы. Она встала и закричала: «Это ложь» после того, как императрица в приветственной речи рассказала об изменениях, произошедших в режиме Пахлеви, которые, по ее словам, позволили женщинам «участвовать в общем развитии своей страны.”

Императрица Фарах получила награду за свои усилия по повышению статуса женщин. Обед и награда были спонсированы Фондом «Призыв к совести», межконфессиональной группой, работающей в защиту свободы вероисповедания.

Среди 500 гостей были губернатор Кэри, бывший губернатор У. Аверелл Гарриман, мэр Бим и Энди Уорхол.

Заявлено 50 000 членов

Акция протеста была организована Ассоциацией иранских студентов, которая на этой неделе организовала аналогичные акции протеста в Вашингтоне и Лос-Анджелесе в связи с визитом императрицы.По данным ассоциации, в Соединенных Штатах у нее 50 000 членов.

«Мы хотим достучаться до американского народа и разоблачить, почему она пришла в. Соединенные Штаты », — сказала Лили Халил, представитель ассоциации. Она сказала, что группа 003 была обеспокоена тем, что визит императрицы был организован для улучшения имиджа иранского правительства до визита шаха в Соединенные Штаты.

Международная лига прав человека, членская организация ООН, в прошлом месяце объявила, что у нее есть доказательства пыток и арестов политических заключенных в Иране, а также преследования иранцев за границей со стороны государственной тайной полиции.

Беспорядки начались вскоре после того, как высокопоставленные лица и гости, которые заплатили 150 долларов на человека в пользу фонда, начали заполнять банкетный зал. Внезапно мужской голос в соседнем коридоре закричал: «Долой шаха», за которым последовал прилив. Сотрудники секретной службы и городские полицейские повалили его на землю.

Остальным мужчинам удалось приблизиться к залу ожидания за пределами банкетного зала, где они были так же подавлены, когда услышали крик.

Речь Императрицы была прервана молодой блондинкой, сидящей за столом для прессы, которая, по словам организаторов конференции, зарегистрирована как «репортер WORT-FM в Университете Висконсина».

Императрица, которая в течение 10 лет работала над проблемами женщин и детей и особенно над улучшением здравоохранения в Иране, ненадолго сделала паузу, извинилась за беспорядки и сказала, что правительство ее мужа гордится своими экономическими и социальными достижениями.

Говоря о всплеске, она сказала: «Я молю Бога направить нас, их и меня, чтобы идти по правильному пути, чтобы служить нашей стране и человечеству.

Раввин Артур Шнайер, духовный лидер синагоги Восточного парка, на 67-й восточной улице, 163, и президент Фонда «Воззвание к совести» отказался комментировать выбор императрицы, чтобы она получила вторую награду группы женщине, поскольку она начала награждать их в 1969 году. Первой была вручена благотворительная организация Мэри Ласкер.

Автобиография Фарах Пехлеви

Ее Императорское Величество Фарах Пехлеви, Шахбану из Ирана, родилась в Тегеране 14 октября 1938 г.Сохраб Диба и Фариде Диба Готби.

После смерти отца в 1947 году Фарах Пехлеви получила образование в итальянской школе, а затем в школе Жанны Д’Арк. Она получила степень бакалавра в лицее Рази, светской персидско-французской средней школе в Тегеране.

Фарах Пехлеви было

Ее Императорское Величество Фарах Пехлеви, Шахбану из Ирана, родилась в Тегеране 14 октября 1938 года и была единственным ребенком г-на Сохраба Диба и Фариде Диба Готби.

После смерти отца в 1947 году Фарах Пехлеви получила образование в итальянской школе, а затем в школе Жанны Д’Арк.Она получила степень бакалавра в лицее Рази, светской персидско-французской средней школе в Тегеране.

Фарах Пехлеви изучала архитектуру в Париже в 1959 году, когда ее представили Мохаммаду Реза Шаху Пехлеви из Ирана на приеме в посольстве. О помолвке пары было объявлено 1 декабря, а через три недели они поженились. Императрица Фарах родила наследного принца Резу в 1960 году, принцессу Фараназ в 1963 году, принца Алирезу в 1966 году и принцессу Лейлу в 1970 году.

В 1960-х и 1970-х годах императрица Фарах много путешествовала по Ирану, чтобы поддержать социальные и экономические реформы своего мужа. права женщин и детей, инвалидов и инвалидов, культуру и искусство, науку и медицину, архитектуру и окружающую среду.Под патронатом Фонда Фарах Пехлеви она оказала финансовую поддержку сети музеев, арт-центров и десяткам благотворительных организаций. Она неустанно работала, чтобы отстаивать иранскую культуру и искусство, а также поощрять общинные сельские предприятия к возрождению традиционных ремесел. Она организовала серию знаменательных мероприятий, посвященных современному иранскому искусству и культуре, включая Ширазский фестиваль искусств, Исфаханский фестиваль народных традиций, Керманский фестиваль традиционной музыки, Тегеранский международный кинофестиваль и Детский кинофестиваль.Императрица Фара возглавила усилия по повышению грамотности детей путем создания детских библиотек в городах и сельской местности. Она использовала свое образование архитектора с пользой, когда лоббировала спасение мечетей и исторических зданий от сноса, а также сохраняла открытые земли от застройки, так что парки и зеленые насаждения стали характерной чертой многолюдных городских центров. Она возглавляла Южную корпорацию по восстановлению Тегерана, целью которой было сокращение бедности и улучшение условий жизни в южных пригородах Тегерана.

Императрица Фара сломала множество преград за два десятилетия своего правления на троне. Она была первой коронованной суверенной женщиной Ирана и первой женщиной, коронованной где-либо в мусульманском мире. Она была первой женщиной в мусульманской стране, публично сдавшей кровь. Как посол своего мужа за границей, императрица Фарах представляла Иран в таких разных странах, как Китай, США и Сенегал, выступая с важными политическими речами и участвуя в международных конференциях. Императрица Фарах больше всего гордится своей новаторской работой в интересах иранских прокаженных, которые ранее подвергались дискриминации.Императрица посетила колонии прокаженных в конце шестидесятых годов и убедила своего мужа пожертвовать участок земли, чтобы прокаженные могли жить в образцовой общине, получать образование и получать заработную плату. Она пригласила медицинских специалистов со всего мира приехать в Иран для работы с прокаженными и пропагандировала методы оказания им помощи на уровне общины. Усилия императрицы Фарах по изменению массовых представлений о проказе были признаны во всем мире как движущая сила прогрессивных изменений.

16 января 1979 года императрица Фарах и шах покинули Иран в изгнании.Сегодня она делит свое время между Францией и США, где живут ее дети и внуки. Она продолжает работать и выступать от имени своих главных идей и с энтузиазмом поддерживает иранских художников и писателей. Она внимательно следит за событиями в Иране и ежедневно контактирует с соотечественниками, которые пишут и выражают свою поддержку и дружбу. Императрица Фара получила множество почетных докторских степеней и дипломов многих международных организаций. Она также является обладателем множества наград за свои гуманитарные усилия.

Купить Роза ‘Imperatrice Farah’ — Одинарный куст в горшке

Этот товар предлагается для продажи с доставкой на дом исключительно через наш сайт. Изображения представляют собой устоявшиеся растения, поставляемый продукт может быть моложе. Все указанные высоты являются приблизительными, а полностью установленные высоты растений могут отличаться. Количество листвы, бутонов или цветков на растении будет зависеть от того, в какое время сезона приобретается продукт. Пожалуйста, смотрите описание ниже для получения полной информации о продукте.

Необычная и яркая садовая роза, которая наполнит ваш сад сладким ароматом, а также обилием красиво окрашенных цветов, которые идеально подходят для срезки. В цвету крупные кремовые соцветия этой эффектной двухцветной розы окаймлены кармином с серебристым оттенком на оборотной стороне. Одна из роз «от кутюр», «Imperatrice Farah» названа в честь Императрицы Ирана. ‘Imperatrice Farah’ — это чайно-гибридная роза, которая дает отдельные стебли разноцветных цветов, они идеально подходят для срезания и превращаются в прямое прямое растение, что делает их идеальными для узких бордюров или клумб с розами.Эта универсальная роза, которая наиболее счастлива на ярком солнце, также будет цвести в светлых тонах, наполняя сад своим легким ароматом. Несмотря на его прочную форму, его все же можно выращивать в большом горшке и обрезать до более удобного размера, так что вам даже не нужен сад, чтобы оценить эту красоту. Отмеченное наградами растение, это одна из самых простых в выращивании роз, поэтому она идеально подходит для начинающих или ограниченных во времени садоводов.

Поставляется в виде одиночного куста в горшке объемом 3 л, готового к немедленной посадке, при созревании вырастает до 1,5 м.

Полезные советы
— При обрезке убедитесь, что ваши секаторы чистые и острые, чтобы предотвратить раздавливание стеблей и распространение болезней.

Руководство по уходу

Рекомендации по посадке розы ‘Imperatrice Farah’:
— Розы можно сажать в любое время года, если почва не промерзла, не заболочена или не засохла.
— Посадите свою розу там, где она может получать много солнца хотя бы половину дня и где она будет защищена от ветра.
— Добавьте в ямку много хорошо перепревшего навоза и посадите так, чтобы соединение прививки (набухшее, когда стебли встречаются с корнями) находилось чуть ниже уровня почвы.
— Добавьте микоризные грибы к корням при посадке, чтобы растение быстрее прижилось.

Информация о послепродажном уходе за вашей розой Imperatrice Farah:
— Поливайте хорошо через день — ежедневно, если погода жаркая и сухая.
— Укрепленные розы можно поливать примерно раз в неделю весной и летом, а в жаркую погоду — чаще.
— Для достижения наилучших результатов подкармливайте розы в конце марта / апреле и снова в конце июля.

Рекомендации по обрезке для Розы Императрис Фарах:
— Чтобы обрезать, просто регулярно удаляйте все мертвые, умирающие, поврежденные и больные стебли, а также отмершие побеги.
— Обычно вы срезаете немного выше стыка листа с наклонным срезом от бутона, однако в этом нет необходимости, и не беспокойтесь о слишком большой обрезке — розы очень устойчивы и вырастут снова.

Время посадки:
октябрь — апрель

Время цветения:
май — октябрь

About You Garden
Наш надежный поставщик растений, основанный более 50 лет назад, находится в Южном Линкольншире. Их опытная команда заботится о большом разнообразии местных и континентальных растений.

Информация о доставке
Этот продукт пользуется услугами специализированной службы доставки на заводе и доставляется напрямую от поставщика. Вся продукция упаковывается с особой тщательностью и транспортируется в специально разработанных контейнерах для растений. Доставка этого продукта возможна только в континентальную Англию и Уэльс (см. Информацию об исключении доставки ниже). Имейте в виду, что при заказе нескольких растений они могут быть доставлены в разные даты. Это связано с тем, что некоторые товары отправляются с отдельных складов, чтобы обеспечить наилучшие условия доставки.

Исключения из поставки: К сожалению, мы не можем доставить в: AB, BT, DD8-11, GY, HS, IM, IV, JE, KA27-28, KW, PA20-80, Ph29-50, TR21-25, ZE. . Заказ, полученный в исключенное место доставки, будет автоматически отменен и возмещен.

Обратите внимание: растения и деревья классифицируются как скоропортящиеся товары и исключаются из нашей политики возврата. Это не влияет на ваши законные права. См. Дополнительную информацию на нашей странице отмены и возврата.

В том маловероятном случае, если вы получите ваш товар поврежденным или вам будет отправлен неправильный товар, сообщите о своих проблемах в нашу службу поддержки клиентов в течение 24 часов.Скоропортящиеся товары не могут быть возвращены, если мы не отправили не тот товар или они не повреждены.

Терпение Роуз Ламберт-Слудер | Kenyon Обзор онлайн

Роуз Ламберт-Слудер

Заливный томатный. Трудно ошибиться. Понадобятся специи для маринования, томатный сок, нарезанные кубиками ребрышки сельдерея. Две пачки простого желатина или лимонного желе в щепотке, которые моя мама использовала еще в Джорджии, когда готовила холодец для женских обедов, разливая его на серебряном подносе с нарезанным яйцом и — господин знает почему — сладостями.В некотором роде он красивый, глянцево-красный и круглый, как купол, хотя на самом деле он ужасен, безобразен. Водка улучшит его, а водка достаточно хорошо загустевает.

В прошлый раз, когда я приготовил заливное из помидоров, я все испортил. Тогда приехала моя дочь Жюль. Я думал, ей нравится заливное. Я делаю.

Он вошел в мою кухню. Гриффин, который был бы моим зятем, кроме Жюля, никогда не женится. Они были в гостях у нас на длинных выходных в сентябре, на всем пути из Атланты, и Джулс спала в гостевой каюте вне смены часовых поясов с чайными пакетиками на глазах.

Он сказал: «У меня есть кое-что сказать тебе, Терпение». Он имел в виду штуку .

Видите, я лущил горох, мой сахарный горошек магнолии, который пурпурный и хорошо растет на побережье Орегона. Я засмеялся, отчего он смутился.

«Поверьте, я не хочу этого говорить», — сказал он. «Поверьте, я не хочу донести это до вас».

Гриффин догадывается, но он красив, с ровными глазами, похожими на поникшие. Ему должно быть сорок пять; он на несколько лет старше Жюля, а Жюль — не весенний цыпленок.Я вытер руку о полотенце, сложил его, съел горошину, забыв, что они нежные только в молодости.

Это было серьезно. Обычно Гриффин спокоен, как сливки. «Хочешь ржи? Короткий джиггер?

Нет. Он не будет. Он и моя дочь очень похожи.

«Просто я твердо верю в общение», — сказал он. «И честность. Я чувствую себя уязвимым, говоря тебе об этом, Пейшенс.

Кухонные часы Кит-Кэт пошатнулись и посмотрели на него, потом на меня, потом на него.

«Ваша дочь. Она меня поражает. Она щедрая, преданная. Авантюрный. Она предана своей карьере, общественному здравоохранению. Я восхищаюсь ею. У меня перехватывает дыхание от Жюля.

Я ему улыбнулся. Что они вместе, четыре года? «Я знаю, что она очень о тебе заботится. Она говорит прекрасные вещи ».

«Жюль», — сказал он. «Жюль иногда действует опрометчиво».

«Что ты имеешь в виду?»

«Иногда она набрасывается».

Снаружи пальцы рододендрона царапали мое оконное стекло.

«Как наносить удары, Гриффин?»

«Я имею в виду, что она борется, ей трудно управлять своими эмоциями».

«Жюль всегда был чувствительным».

«Нет, дело не в ее чувствительности». Он потер одну пуговицу на манжете рубашки. «Управление, то есть ее гнев».

Я сказал ему, что он должен быть более конкретным.

Я люблю Жюля. В моем доме, у дровяной печи или в саду она выглядела желтой. Вот как это можно описать: желтый, пожелтевший, старый, другой.В ней было какое-то тягучее чувство, как в тыкве. Была ли она когда-нибудь красивой? Конечно, все матери считают своих дочерей красивыми. Подростком Жюль красился, у него были ужасно яркие брови. Больше никогда.

Она была серьезным ребенком. Она изобрела машины из картона и написала к ним инструкции. Учителя любили ее. Она обратилась к животным, у которых чего-то не хватало — ноги, глаза, передних зубов. Чтобы заплатить за степень магистра в области общественного здравоохранения, она все время ждала столиков в Cracker Barrel.Гениальный, трудолюбивый. Она до сих пор хранит те крошечные пакетики перца, которые просто рассыпаются. Откуда у нее появилось чувство бережливости и бережливости? Когда она писает, она не краснеет. Если поговорить о телешоу, она ответит: «О, я не смотрю телевизор». Она всегда была слишком худой. Никогда не думала, что вырасту ребенка без аппетита.

В детстве она обвинила меня в том, что я больше люблю ее кузину, потому что Эмма Энн вела себя больше как мальчик. «Я сложнее, чем Эмма Энн, — сказал Джулс. «Ей проще».

«Значит, мальчики менее сложны?» Что ж, с этим трудно было поспорить.

Вы учитесь отказываться от определенных желаний: мира, внуков.

Так что же именно сделал Джулс?

Вот где Гриффин занервничал. Стоя в тот день у меня на кухне, он оглянулся. «Хорошо. У нее сильная качающая рука ».

«Ее качающая рука? Что она предлагает? »

«Это зависит от обстоятельств».

«Она не могла выступить в роли девушки, я вам это могу сказать. Она бросила софтбол через две недели «.

«Я имею в виду не такую ​​подачу.”

«Так что ты имеешь в виду?»

Он посмотрел на мой тряпичный коврик. Моя бабушка сделала его из обрезков хлопчатобумажной фабрики, и он почти полностью изношен.

По словам Гриффина, природа ее действий — ярость.

«Что за ярость?»

«Она мне не доверяет. Это происходит из-за недостатка доверия ». Он провел пальцем по краю стакана для смешивания молока на прилавке. «Как будто она путает меня с другими мужчинами».

«Хорошо. Это не так уж и сложно — спутать мужчин друг с другом.У них есть способ — мужчины — сливаться вместе, так, как один рекламный щит напоминает вам другой рекламный щит, и вы больше не можете использовать их в качестве ориентиров ».

Но Гриффин не знал, что с этим делать. «Могу я задать вопрос?» Он вдохнул. «Ее отец когда-нибудь бил ее?»

Снайдер избил ее. Людям нужны простые причины. Гриффин — инженер-программист. У него при себе есть комплект для ремонта очков. Я видела, как он вытаскивал ее и устанавливал рамы Джулса прямо при свете вестибюля театра в антракте.

«Гриффин, похоже, тебе нужно задать этот вопрос Джулсу».

Он покачал головой. «Мы говорили об этом. Я ее спрашивал.

«А что она говорит?»

«Она говорит нет. Но под этим так много всего, — сказал он.

Тогда вошел мой муж Крейг — отчим Джулса. Сказал привет, стал открывать и закрывать шкафы, насвистывая. Свист «Дамы у костра». Слишком долго. Мы с Гриффином стояли и ждали.

«Зачем ты вообще возишься?» Я сказал.

«Я ищу пищевой краситель». Фланель Крейга взлетела вверх, когда он полез в высокие шкафы, обнажив белый живот. Я ненавижу ту фланель, которую надо выбросить.

«А зачем вам пищевой краситель?»

«Чтобы наполнить кормушки для колибри, дайте им немного угощения. Им бы пригодилось угощение.

Гриффин отошел в сторону, давая ему покопаться. Я сказал: «Мы говорили об этом, Крейг. Мы не используем пищевые красители, это опасно для птиц. Мы рассмотрели это.”

«Мы сделали?» Именно такой промах и ищет Джулс; дочери всегда ищут старости.

«Ты должен это запомнить». Но я оставался живым. «Просто сахар и кипяток. Одна часть сахара, четыре части воды ». Гриффин достал ему кастрюлю.

Я сказал, что мы с Гриффином отправились в Дом Гномов, чтобы посмотреть на мои камни. Мои упавшие камни. «Мы вернемся.»

«Назад во времени для игры в маджонг!» — сказал Крейг и дружелюбно хлопнул Гриффина по спине.

Люди спрашивают, как мы познакомились. Я говорю им, что Крейг выходил из банка со своим портфелем и запонками, чтобы наблюдать за мной на ступенях Капитолия штата Джорджия. Я на мегафон. Мы проводили марши в пять часов, чтобы ведущие телекомпании WSB брали у нас интервью, наши солдаты несли гигантские вешалки для одежды из ПВХ-труб. Это было тогда, когда противники операции «Спасение» — мы назвали ее «Операция« Угнетать-ты »» — были в ярости. В основном они брали у меня интервью.

Крейг водил меня в рестораны, где меня спрашивали: «Без газа или игристого?» Всегда сверкает.

Иногда он звонил без предупреждения. Он стучал в дверь моего дуплекса, и когда мы расстались, он говорил, что видеть тебя было тоником. Тоник. Он сказал мне, что мой нос был полностью оттянут. Я сказал, ретро что? Он был первым человеком, который обмакивал хлеб в красное вино. Его семья была республиканцем из Мэриленда. Тонкогубый человек.

После того, как я согласился на свидание с ним, Крейг принес мне завтрак в постель, кока-колу и пшеничную муку с серебряной ложкой для супа. Мне понравился мой измельченный лед, поэтому он положил лед в пакет и взбил его скалкой.

Спустя двадцать пять лет я все еще восхищаюсь некоторыми вещами, которые исходят из его уст. Дайте мне просто перелить крупу.

Но Крейг был лучше остальных, лучше для Джулса и меня обоих. Это была его идея, наконец, переехать в Орегон. У нас здесь хорошие друзья, которые приносят нам свежих крабов и устраивают ужасные представления в местном театре. За нашим домом сосновый лес, а впереди, недалеко, Тихий океан.

Перелить крупу. Я никогда не любил крупу.

Когда Джулс была совсем маленькой, она сидела на полу в нашем доме в Атланте и кусала отца за волосы на ногах.Как дети. Они оба прекрасно ладили. Снайдер назвал ее ploffskin из бессмысленной рифмы: Ploffskin, pluffskin, пеликан-джи! Мы думаем, что нет таких счастливых птиц, как мы! Мой пеликан из плафокожи, странная маленькая девочка. В мире нет никого похожего на тебя.

Снайдер был нежным с ней. В общем, презренный, да, он был. Он обманул клиентов в страховой компании и обманул меня с алиментами. По ночам, когда был Джулс, он позволял ей пропускать чистку зубов и слишком поздно ложиться спать.Но ее тело — он никогда не злоупотреблял ее телом, и я бы никогда не позволил ему, и я бы не позволил ни одной душе.

В свой день рождения Джулс едет к нему на другой конец города. Снайдер действительно не был ужасен. Он не был расистом. Я имею в виду, не так много, как обычно.

Не знаю, как Джулс до сих пор живет там, в Атланте. В этой городской жаре, на этом острове тепла, как они его называют: Остров тепла. О, жарко, жарко и сухо, жарче, чем Аид, и достаточно жарко, чтобы увеличиваться количество убийств и избиений, горячее, чем две крысы в ​​шерстяном носке.Чем трахаются две крысы.

Дом гномов на краю моего сада остается холодным, темным и богато пахнущим горшечной почвой. Моя коллекция деревянных кроликов живет там, на полках, каждый кролик у стены и один кроличий глаз смотрит на тебя.

«Я не пытаюсь вырвать здесь зубы», — сказал я Гриффину. Он стоял на другом конце сарая. «Но я пытаюсь понять, что именно сделал Джулс».

Его взгляд скользил по полкам, по кроликам, по ящику с полированными камнями.

«Мелочи. Некоторые из них маленькие. Однажды она прижала его к стене, начиная бить его прежде, чем он ушел. Однажды она ударила его ногой в середину груди. Они спорили о домашних делах. Однажды она бросила лимонную соковыжималку, металлическую, и плитка в душевой треснула.

«Но он попал только в плитку?»

«Я сидел на корточках. Но дело не в конкретных действиях ».

«Это ведь драки? В драке склонны участвовать оба человека. Иногда кричите, рассердитесь.Вы когда-нибудь злились? »

«Да. Конечно, я делаю. Но я стараюсь сохранять спокойствие, и в основном я остаюсь спокойным. Я уж точно никогда ничего не бросал и почти никогда не повышаю голос. Она делает.»

«Ваш рост больше. Ты выше, шире и сильнее.

«Это правда. Я этого не отрицаю ».

«У них есть название для этого, не так ли? Домашняя дисгармония. Пара неприятностей ».

«Это больше, чем дисгармония». Он закрыл руки от сырого воздуха.«Нельзя говорить об этом, потому что это кажется комичным. Люди не воспринимают это всерьез. Я имею в виду, соковыжималку для лимона? Я не могу об этом говорить, никто этого не услышит, никто не хочет это слышать, слишком много, я не знаю, слишком много стыда «.

«Хорошо». Я взял два бумажных стаканчика с полки Gnome Home и наполнил их рабочей раковиной. Хорошая родниковая вода. Мне вдруг захотелось пить. «Мне жаль. Мне очень жаль, что это случилось с тобой. И мне было жаль.

Он заметил воду, поблагодарил меня.

«Так было когда-нибудь больно?»

Он не ответил. Он посмотрел на пятнистый узор на своей чашке. «Кажется, ее гнев…»

«Что?»

«Безграничный. Я не знаю. Большой. Непонятно ».

Безграничный.

«Потом она всегда милая. Она извиняется, она клянется, что станет лучше, она приносит домой обед, она слушает, она мягкая, она добрая. Днями и днями. Ровно недели ».

Он ждал.

Что он хотел от меня?

Он смотрел на меня этими милыми, безобидными, симметричными гляделками.»Вы поговорите с ней?»

Мое имя выбрано неудачно. Это было еще тогда, когда девочек называли по добродетелям: целомудрие, милосердие, умеренность, истинность. Я был старшим, но получил самую дерьмовую участь. У моей сестры Клара.

Однажды, тысячу лет назад, мне пришлось прогрызть билетного агента Greyhound после того, как они где-то потеряли мою бронь, может быть, из Мейкона в Чикаго, и после нашей ссоры агент сказал: «Ваше имя?»

Я сказал ей: «Терпение».

Чмокнув жевательной резинкой, девушка спросила: «Почему бы тебе не изменить его, например, на свое второе имя?»

Я сказал: «Потому что мое проклятое второе имя — Генриетта.«Когда, на самом деле, это Миллисент, но, тем не менее, это так же плохо.

Иногда мне все еще кажется странным. Иногда это даже ужасно звучит. Терпеливую женщину в лучшем случае легко забывают.

Но рисковал ли я когда-нибудь быть забытым?

Девочкой мне нравилось темное мясо, тогда как милым белым девушкам полагалось белое мясо. Я была такой девушкой. Меня недолюбливали матери других девочек. Мои ноги были стройными. Я заработал свои деньги. В старшей школе я вел колонку для Macon Telegraph о подростковой социальной жизни и меня приглашали на вечеринки с пуншем из шербета.Я принес пиво. Мальчики и мужчины присылали мне письма, стихи о козодоях, озерах летом. Стоило посмеяться.

Все мои колонки заканчивались одинаково: все хорошо провели время.

Жюль был другим. Приглушенный, настороженный, всегда сидящий в углах, всегда пьющий из пережеванной соломинки. У нее было не так много парней; она была из тех девушек, которые пугают мальчиков. Это заставило меня гордиться.

То, что я делал, я делал, чтобы она процветала. Сшил вместе работу. Я установил кондиционеры, я начал заниматься ландшафтным дизайном и нанимал только женщин, хотя мы, конечно, должны были брать меньше, чем обычные ландшафтные дизайнеры.Я ждала столы и складывала лишнее печенье на утро. И я делал более отчаянные поступки.

Денег много не было. Мы купили пакеты необычного печенья с предсказаниями на фабрике печенья с предсказаниями, доллар за пять фунтов. Просто печенье было нерегулярным, а не состояния.

Однажды, бросив школу, я помогал сотрудничать с SNCC, когда в больнице в Афинах чернокожим женщинам не платили зарплату. Сорок из нас, разноцветных, выехали из Атланты на митинг, а затем вечером мы поехали обратно.Мы пели песни, веселились вместе.

Итак, темно, и мы устали как собака, и на обратном пути наш черный водитель вытаскивает автобус с шоссе на загруженную парковку, и кто-то говорит: «Сэр, мы не можем здесь есть. Это самбо ». И мы все согласны: мы не можем здесь есть. Это было тогда, когда по всей стране была тысяча самбо с их тигровым маслом и картинами на стенах: Черный Мамбо съел двадцать семь блинов, Черный Джамбо съел пятьдесят пять.

Водитель оборачивается.«Я слонялся возле этого автобуса с 6 утра. Я голоден. Я вспотела. Мне нравятся их блины с клубникой сверху ».

Итак, мы собираемся пообедать в «Самбо», надев наши маленькие пуговицы. Блины были хорошими, не слишком плотными. Думаю, нельзя все время злиться.

Моя мама тоже думала, что Пейшенс — неправильное имя. «Иди принеси мыло», — говорила она мне. За этот грязный рот.

Но это был навык, который я развил — проклинать и выпускать гнев. Когда дело доходит до этого, всегда есть причины для гнева.

Смертельный душистый горошек на прошлой неделе, старая знакомая идиотская боль пронеслась от большого пальца до больного плеча, и вышла вереница этих слов. Я не мог остановиться. Черт возьми, тупица, тупица, тупица, ебаная задница, дерьмо, дерьмо, сыр и рис, Иисус, блядь, Христос, ебать меня боком, Христос на крекере.

Я слышал по телефону Good Morning America , что люди, которые знают больше ругательных слов, обычно знают больше слов.

У моей бабушки Лотти Мэй блестящий словарный запас, и она не окончила среднюю школу.Превосходный игрок в скрэббл. Она могла связать буквы с высокими баллами вместе — Z, Q, W. Она могла сказать вам, что означает красный цвет . Она могла бы сказать вам, что такое наяда .

Женщины в моей семье были такими.

Почему я сохранил свое имя, почему не изменил его? Его выбрал мой отец. Думаю, я был сентиментален. Он был хорошим человеком; все это сказали. Он делал нам крошечные блины и называл их золотыми дублонами. На Рождество он достал перочинный нож, чтобы медленно разрезать ленту на каждом из своих подарков, как будто это касалось бумаги.

Все выходные они были влюблены друг в друга. Пальцы Джулса на его локте. Его рука сжимает ее плечо. Их ноги сомкнулись на кушетке, двое обливали друг друга тихим шепотом.

Приятно видеть, как она смеется. Ему удается рассмешить ее.

Гриффин принес мне орехи-пекан — не какие-то причудливые орехи-пеканы, а настоящие орехи-пеканы Джорджии, которые он сам очистил, лучше орехов пекан, чем в Орегоне, которые напоминают огненных муравьев под увеличительным стеклом.Гриффин внимателен. Это жест, о котором Джулс не подумал бы.

Это правда, я могла бы бросить стакан или два в парней в тех долгих, запутанных ссорах, которые случаются у пар. Никогда, когда Джулс был в комнате. С моими друзьями такое случалось много раз — бросать таз на пол, давать пощечину, кричать от ярости или от того, что они называли страстью.

И мужчины обычно давали пощечину.

Но Джулс подняла ногу, чтобы ударить его. Джулс поднимает металлическую вещь, чтобы бросить ее.Отводя руку для импульса.

Я не сказал Крейгу то, что сказал мне Гриффин. И, может быть, он все равно сказал мне по секрету. Это не помогло бы, если бы мы консультировались с Крейгом, пока мы были одни в постели, пока он наносил VapoRub себе на грудь, накинув полотенце на абажур, чтобы затемнить его. Ненавижу, когда он накидывает полотенце на абажур. Это напоминает мне времена, когда я был беден.

Кроме того, я знаю, что сказал бы Крейг.

Вау.

Жюль сейчас проходит терапию?

У нее были припадки как у девочки.

Это в первый раз? С первым парнем, с которым это случилось?

Как вы думаете, откуда он?

А что ответили?

В тот день, стоя в сыром сарае, я, конечно, сказал Гриффину. Конечно, я поговорю с Жюлем.

Я думал, что разговор окончен. Но Гриффин не унимается.

Он сказал, что хочет понять ее, просто понять.

«Я задавал ей вопросы. Я предложил терапию для нас обоих, вместе. Я всегда спрашиваю, что я могу сделать, я хочу ее поддержать. Четыре года, и я чувствую, что не могу до этого дойти, даже не могу начать. Жюль. Джулс иногда похож на комнату с дверью, которую я не могу открыть.

«Что заставит вас подумать, что это дверь?»

Снаружи на крышу сарая грохотали сосновые шишки. «В подростковом возрасте она причиняла себе вред. Это правильно?»

Я налил еще воды из-под крана; во рту снова пересохло.Ненавижу пить из бумажных стаканчиков. «Она боролась с этим, да, так же, как некоторые люди борются с этим».

«А потом?»

Позже? «Я не знаю об этом всего. Она мне мало рассказывала. Я пытался заставить ее говорить, но вашу дочь трудно заставить говорить, вы это знаете? Как мать? Это сложно.»

«Конечно, могу представить».

«Она сложный человек. Вы, должно быть, знали об этом, когда начали с ней встречаться.

Гриффин вылил свою чашку в канализацию и поставил ее на стойку.

Он посмотрел прямо на меня. «Была ли она когда-либо оскорблена кем-либо? Кто-то вне семьи? Я имею в виду, когда-либо приставал. Последствия этих вещей настолько коварны ».

Молест. Это простое слово, чтобы беспокоить.

Да. Да, сказала я ему. Она была. Она была.

Он втянул, двигая ногами, как будто пытался что-то отодвинуть. Он покачал головой, и я мог сказать, о чем он думал: о, если бы он знал это, он знал это, он знал это с самого начала.

Я сказал ему: «Нет.Нет, не была ».

«Что ты имеешь в виду?»

«Она не была. Она была. Ее не было, и она была ».

Он посмотрел вверх. «В этом нет смысла».

«Не могу понять», — сказал я, готовый вернуться на кухню и увидеть мой горох такой фиолетовый и такой яркий. «Что заставило вас подумать, что вы можете приходить сюда, задавая вопросы и находя простые ответы, легкие, понятные».

Дядя Эбнер. Преподобный Юлий Кин. Мужчина, который жил в бунгало напротив дома Робина Фогга.Преподобный Мэтью Таннер. Леоне Питт. Дж. Б. Лентри. Арчи Клифтон. По отцовской линии троюродный брат. По материнской линии дедушка.

Это только то, что приходит на ум, это то, о ком я могу думать по слухам, секретам в библейском лагере и котильоне или откровениям позже. Всегда есть больше.

Одна девочка из нашего района носила по выходным две пары шорт, чтобы задержать отца.

Однажды меня вызвали к большому жюри в округе ДеКалб, и увиденные мной ящики не дали мне поесть.Когда выжившие были чернокожими — например, две пожилые чернокожие женщины, впоследствии найденные в гараже, — нетрудно догадаться, как обращались с их белыми насильниками. Как милые соседские мальчики, немного сбившиеся с пути.

Наш дед был известен, но о нем никогда не говорили. Моя мать знала, мой отец знал, Лотти Мэй знала. Все знали. Они никогда не хотели, чтобы мы были с ним наедине, но у него были волшебные способы появляться в кукурузном краске, где мы играли, рядом с кухонным сейфом для пирогов. Коварный.

Ожидает ли Гриффин, что традиция и наши воспоминания о ней просто испаряются, как клуб пара, от поколения к поколению?

Перед переездом в Орегон мне сказали, что на побережье круглый год будет лаванда.Так и есть.

Великие веточки. Прочные листья капусты динозавров, стебли мангольда розовые и желтые, как фруктовое мороженое. Здесь можно собрать инжир с чертополоха и виноград с терновника. Все возможно.

Здесь есть вода. Наш бак вмещает пятьсот галлонов; он стекает с горы под действием силы тяжести и имеет вкус шалфея. Это то, что всем нужно, вода. Воды хотим.

Лето в Атланте? Люди стоят в туалетах и ​​смотрят на ваш двор из окон ванной; если у тебя слишком длинный шланг, они вызывают полицию.И я наблюдал, как умирает все: я видел, как умирает мой триллиум, умирает мой мальва. Я видел, как умирала моя бегония, засуха за засухой. Я видел, как умирают друзья. В восьмидесятые годы я наблюдал, как умирают мужчины, и наблюдал, как никому нет дела.

Что вернет меня в Грузию? Какой реликвией вы могли бы меня подкупить, какие выигрыши в розыгрыше лотереи? Какая катастрофа, какое наводнение могло омыть меня там, как обломки?

Здесь можно выращивать почти все, кроме магнолий. Я пытался.

Я сказал Гриффину, что поговорю с ней, и попытался.

В воскресенье мы устроили обед, чтобы мои друзья могли увидеть Жюля. Перед этим мы с ней стояли на кухне над разделочными досками. Я видела, как Жюль готовит. Она сжигает масло. Она будет варить яйца в течение десяти минут, а потом с помощью Dawn очистит чугун. Поэтому я дал ей простую задачу: нарезать лайм для буравчика с джином.

На обед были готовы все блюда: сыр с перцем, уксусный пирог, яйца с пряностями. Венчающий заливное, все еще в плесени.

Когда Джулс увидел заливное, она сказала: «Мы подаем это? Ужасный цвет.”

«Хотя вкус приятный, — сказал я. «Классика. Не любишь заливное? Сейчас это не так красиво, но скоро будет, когда это начнется ». Наполнив миску теплой водой, я наблюдал, как по мере того, как вода оседает, всплывают пузыри. «Так как дела, отношения между тобой и Гриффином?»

Она убрала с глаз прядь вялых волос. «Они в порядке. Вообще-то они хорошие.

«Он по-прежнему хорошо к тебе относится?»

«Почему вы думаете, что он плохо со мной обращается?» она спросила.

«Дорогая, я так не думаю». Я искал слова. «Просто кажется, знаете, как вопрос, который нужно задавать время от времени».

«Не нужно спрашивать».

Жюль за стойкой резал лайм не в том направлении и слишком густо; разве она не знала, как выглядит буравчик? Я сказал: «Не могли бы вы нарезать лаймы колесиками? Колеса. Не клинья. Как это.» Я взял нож из ее руки.

«Почему так? Разве клинья не в порядке? Я сделал все эти клинья «.

Но я пошел дальше и срезал остатки, бросив кончики лайма в компост.

«Теперь я вспомнил», — сказала она. «В соответствии с вашим видением, все делается только в одном направлении».

«Ты думаешь, я высокий и могучий», — сказал я. «Но у меня были буравчики в отеле« Императрица »на Королеве Мэри. Мои лучше ».

«Улучшенный».

«Да. Верно. Что случилось с этим? Вы мне не верите? »

Джулс ошеломленно посмотрел на меня. Нам никогда не было легко разговаривать.

Кивнув на холодец, она спросила: «А людям здесь действительно нравится эта ерунда?»

«Они едят это», — сказал я.«Думаю, для тебя это шутка или смущение, но они это едят». Со скрещенными руками Джулс выглядела как я, я в синих джинсах раньше, чем женщины носили синие джинсы.

Я окунул заливное в теплую воду и осторожно вылил красное заливное на подушку из салата. Сверкающий. Отвратительный. Это внезапно напомнило те картины Иоанна Крестителя с отрубленной головой на серебряном блюде, переданные какой-то королеве.

Я столько всего сделал не так. Я никогда не думал иначе.

«На днях мы с Гриффином разговаривали, — сказал я.

«Вы сделали?» Она повернулась ко мне лицом.

«Он хотел поговорить».

«Гриффин замечательно ко мне относится», — сказала она. «Лучше, чем я заслуживаю».

Это невозможно. Она заслуживает мира.

Это был правильно приготовленный обед. Крейг не полировал серебро зубной пастой, как я ему сказал, поэтому оно потускнело, но я отпустил.

Мои друзья, мои веселые подруги из маленького городка, трансплантаты со всего мира, принесли странные вещи грушевый сок, чипсы из водорослей и фокаччу ―, хотя я сказал им ничего не приносить.

Оставьте комментарий